День сурка для попадана или окольцованный временем

- ну все, гад, в следующий раз тебе хана…

Затем вспышка в голове и все…

Глава Четвертая День четвертый

… очнулся Антошка от грохота грома, а может уже и просто по привычке, впрочем, грохот еще был различим где-то там в небесной синеве, переливаясь поднебесным эхом, а над головой Антона уже во всю сияло солнышко, и в его лучах во все небо играла своими цветами радуга.

Пейзаж за последние сутки никак не поменялся, не далече, за лугом блестела река, широкая, с крутой излучиной и низкими, густо поросшими камышом берегами.

От реки начинался смешанный лес, кое-где перебиваемый узкими прогалинами и зарослями ивняка, лес тянулся до невысокого холма, на вершине которого высился здоровущий дуб.

Очнувшись, Антошка разогнулся из скрюченного состояния, потянулся затем опершись о землю уселся на ближайшую кочку и оглядел открывшуюся перспективу и пробурчал.

- Ну здравствуй новый старый день, на этой грешной и такой не злобивой земле - поиронизировал, громко в слух, страдалец.

В голове всплыли все детали, того что с ним произошло вчера и во все ближайшие прошлые дни.

От этих воспоминаний он сплюнул в сердцах, и сам себе выговорил.

- Мля, говорила мне мама, что мой гуманизм меня до добра не доведет, вот же-ж привычка у местных пейзан, с начало накормить напоить, в кровать уложить, а затем по голове уконтрапупить, вот же-ж тенденция, однако, ладно поставим галочку, и буду иметь ввиду...

При этом ощупал затылок, там ни каких следов не было, но на этом не успокоился и погладил себя по всей голове, выясняя есть ли на ней какие повреждения.

Повреждений ни каких не обнаружилось. На сем исследование собственной головы закончилось, и как говорится, пациент на этом успокоился.

Встав с кочки, он потянулся, охлопал себя по карманам, нашел сигареты, зажигалку, уселся обратно, закурил и стал строить планы на этот новый день. В голове постепенно выстроился план действий.

Докурив, он затушил сигарету о каблук, встал и двинул к речке. Путь был знаком. Добравшись до излучины реки, он выбрался на небольшой песочный уже знакомый пляжик, на котором, как и подсказывала интуиция никого не было, стояла полная тишина, только вода по-тихому поплескивала о берег.

Он подошёл к реке, нагнулся над водой и ополоснул лицо. Вытащил из заднего кармана носовой платок вытер лицо, затем поплескал ботинками по воде, вглядываясь в медленно текущею воду речушки, а затем выдал.

- Ну что же ритуал омовения совершен, в перед к разборам полетов.

И двинул в сторону холма.