Проклятый граф. Том II. Призраки прошлого

- Неужели не испечете для меня новый? – незнакомец, похоже, искренне расстроившийся, грустно вздохнул, - А я так надеялся посидеть, поболтать за чашечкой чая о делах давно минувших дней…

- Каких именно делах? – граф де Нормонд, похоже, держащий себя в руках с определенным трудом, сделал шаг вперед, - О том, как ты велел своим цепным псам, - он бросил мгновенный взгляд в сторону оборотня, однако сейчас тот при всем желании не мог вызвать ничего, кроме жалости, посему блондин предпочел вновь обратиться к собеседнику, - Убить огромное количество ни в чем не повинных людей?

- Или о том, как травил нас, - вставил Роман, тоже шагая вперед, - Посыпая пищу всякого рода «пряностями»?

- А может быть, о бедной горничной, которой ты зачем-то отдал кулон? – добавил Винсент и, не желая оставаться в стороне, тоже сделал несколько шагов вперед, - Или о своей способности открывать двери в пространстве, ведущие прямиком из замка на улицы Парижа?

Невидимый девушке мужчина негромко, коротко рассмеялся.

- Похоже, последний вопрос особенно занимает тебя, не так ли, Винсент? – в мягком, бархатистом его голосе послышалась улыбка, и Татьяна насторожилась.

Что-то было в речи незнакомца знакомое, что-то цепляло ее внимание, однако, определить однозначно, что же это, пока не получалось. Тем не менее, девушка, пользуясь тем, что внимание всех защитников замка отвлечено от нее, не преминула подняться на ноги и сделать несколько бесшумных шагов к двери.

- Похоже, для тебя не новость то, что он занимает меня, - тем временем в тон собеседнику ответил хранитель памяти и, сдерживая раздражение, вероятно, вызванное одним лишь только лицезрением этого мужчины, скрестил руки на груди.

- Ах, как мне неприятно твое поведение сейчас, - с явно патетичными нотками ответствовал незнакомец и грустно вздохнул, - Мы с тобой никогда не были даже представлены друг другу, а ты питаешь ко мне столь яростную неприязнь… Чем же я заслужил ее?

Татьяна, успевшая за это время незаметно приблизиться к двери, услышав первую фразу, вцепилась в косяк.

Слова были ей знакомы, тон, которым они были произнесены – тоже, однако, верить собственным ушам сейчас категорически не хотелось.

- Этого не может быть… - пробормотала она, абсолютно забывая сейчас об остром слухе, вероятно, всех, кто собрался перед замком и, выйдя наружу, уцепилась за внешнюю стену, делая вдоль нее неуверенный шаг вперед.

Собеседники, занятые собственными словами, мыслями, чувствами и переживаниями, даже не услышали ее.