Проклятый граф. Том II. Призраки прошлого

- Смирись, - с совершенно непонятным выражением повторил он и неожиданно сбросил руку пациента со своего плеча, взирая на него уже откровенно негодующе, - А у меня, конечно же, есть выбор! Сам я из этого места не выберусь, как бы мне этого не хотелось! А ты…

- Хватит, - голос графа, прозвучавший жестко и решительно, словно призыв полководца перед сражением, моментально положил конец этому спору, - Винс, ты уверен?

Хранитель памяти кивнул и, отвернувшись от Чарльза, тяжело шагнул вперед. Последний встревожено смотрел ему вслед.

- Постарайся хотя бы не делать слишком резких движений, - хмуро произнес он и, сев на один из стульев, еще более мрачно добавил, - Мне работы меньше будет.

Дэйв неожиданно шагнул навстречу собрату и на удивление легко, при учете его худощавости, поддержал того.

- Я прослежу за этим, - пообещал он, сдерживая ухмылку. Винсент лишь хмыкнул в ответ и, словно специально посильнее опершись на него, немного прибавил шаг, направляясь к двери.

- Одного не могу понять, - проговорил он, уже выходя вместе со своим спутником в холл, - Каким образом, не зная, кто ты такой, Ричард послал тебя звать на помощь?

- Он послал меня как пантеру, - усмехнулся в ответ его собеседник, - И велел побеседовать на кошачьем наречии с тем парнем, что умеет перевоплощаться в льва…

Глава 4

Волшебство… Как много его в окружающем мире, какие необычные вещи порой приходится переживать благодаря ему, и какими до удивительного обыденными вещами оно может быть вызвано! Недаром древние народы, веря в магию, умели находить ее в том, что сегодня нам кажется самым простым и самым естественным, вроде стихов или музыки.

Комната, в которой оказалась Татьяна, едва переступив порог и прикрыв за собой машинально дверь, обиталище мага, была буквально наполнена волшебством в таком обилии его проявлений, что у девушки поначалу разбежались глаза. Роскошная, будто пришедшая из средних веков, меблировка комнаты приковывала взгляд; легкие отблески горящего в камине пламени, танцуя по ней, делали обстановку загадочно-волшебной; а тихая, мягкая, нежная музыка, ласкающая слух, казалась идеальным фоном для всей этой красоты.