Спецназ ГРУ против басмачей

-Куда?

-За город, на полигон.

-А где это?

-А помнишь тот сарай, где Анненков пленных дутовцев расстреливал?

-А зачем туда-то?

-Узнаешь.

Вскоре ребята приехали за город, к месту давно снесенного сарая, где ныне красовался огромный отстроенный полигон. Кругом висели портреты Сталина, лозунги с его высказываниями, а сам полигон был обнесен уже не страшной колючкой как при диком атамане, а вполне себе приличным дровяным забором.

Солдаты батальона НКВД на глазах десятков горожан привязывали к столбам каких-то двух людей.

Как только они отошли, Савонин узнал в них Анненкова и его сообщника полковника Денисова.

-Так это же…

-Да, - ответил Никита. – В 1921 году Анненков сбежал в Китай и жил там три года. Но в апреле 1924 года командующий Китайской народной армией маршал Фэн Юйсян за большие деньги выкрал его и передал Советам прямо на границе. Почти два года шло следствие, а в конце июля 1925 года в Семипалатинске начался открытый процесс над этими двумя. Все их зверства выплыли наружу, за что их и приговорили к расстрелу.

Так что мы становимся свидетелями исторического события.

-Собаке собачья смерть, - нарушив предрасстрельную тишину, сказал Савонин, так, что его услышали все, включая самого Анненкова.

-А, здорово, - крикнул он. – Погоди, следом и тебя привяжут…

Он не успел договорить. Ротный старшина дал команду: «Пли!», и человек, державший в страхе целую область, на руках которого была кровь тысяч ни в чем не повинных людей, отправился под звуки выстрелов на Высший Суд, на котором ответ будет строже, чем перед Советской властью.

Вскоре к ребятам подошли несколько офицеров НКВД.

-Ваши документы?

Ребята переглянулись и схватились за оружие. Их собеседники тоже приготовились к пальбе. 

-Бежим! – крикнул Никита.

Несколько отвлекающих выстрелов из автомата дезориентировали особистов, но ненадолго – они вскочили на лошадей следом за спецназовцами и помчались за ними, в центр города.

Никто не знал, куда именно они бегут, все происходило спонтанно, но страха у ребят не было – каждый из них почему-то верил в то, что именно сейчас все заканчивается, все развязывается раз и навсегда.

Выехав в центр, Валерий спрыгнул с коня и вскочил на импровизированную сцену, сооруженную для агитации в центре города рядом с базаром – такие явления в 20-30-х годах не были редкостью. Народу кругом была тьма, все суетились и шумели, как всегда в базарный день, но стоило офицеру спецназа подняться на трибуну и призывно поднять вверх ладонь, как наступила тишина.