Круг Земной

Родрик задумчиво почесал нос.

- Неужели тоже Меинвен?

- Конечно. Ты же не можешь поменять себе имя? А она – это её мать, только моложе.

- С ума сойти. – Родрик шумно выдохнул. Если судить по фигуре, то точно – самое оно. – И бабку её звали Меинвен, и прабабку? И вашего отца звали Сигерд?

- Ты правильно всё понял.

- Но мать Эирлис звали по-другому.

- Потому что она – пришелица. Она – осколок того мира, в котором время было ещё живо.

- И вы, я смотрю, совсем не боитесь бродить по Топи в поисках этих осколков.

Сигерд вздохнул.

- Видишь ли, сын мой, когда мы стареем, некоторые вещи становятся уже не такими важными. – Старик, покряхтывая, встал. – Продолжим в другой раз, если пожелаешь. Мне пора идти. Мне сказали, что там нашли нечто… странное.

Родрик уцепился за его рясу.

- Ещё один вопрос, преподобный… Тогда, перед баронессой Брегис, вы сказали, что моё здесь появление – это знак того, что большой круг замкнулся.

- Сказал, но не уверен в этом. Просто предполагаю. Обычное течение жизни в Граде божьем – это повторение одних и тех же событий. Но твоё появление ломает привычный порядок вещей. Это первое новое событие за много сотен зим, и оно может предвещать некие изменения в течении времени, может означать начало нового большого круга, отличного от того, что завершился. А перемены не всегда ведут к лучшему.

- То есть моё прибытие – это всё же начало круга?

- Нет начала, нет конца.

- Хм… А вы не знаете, зачем баронесса хочет меня видеть? Помните, она сказала, что до следующей зимы ждёт меня в Ладлоу?

Сигерд покачал головой.

- Увы, нет.

Родрик посидел немного, провожая взглядом фигуру монаха, и – сорвался с места.

- Я с вами. Я хочу узнать, что там ещё… странного приключилось.

Глава 11. Смерть и жизнь идут рядом

Они дошли до Божьего дома, где нищенка с бугристым носом, сидевшая на ступеньках, услужливо сообщила Сигерду, что почтенного уитана народ ждёт возле западных ворот, на Аонгусовом лугу.

Сигерд свернул на широкую улицу, которая вывела их на площадь с колодцем, где Родрика не так давно держали на привязи, и тут им пришлось остановиться, вжавшись в стену. По улице шла процессия, своим видом ввергшая Родрика в лёгкую оторопь.