Удар в спину

Вокруг – только трупы геммцев, утыканные стрелами. Но удача и здесь сопутствует ему. Труба, окованная стальными обручами, не успела выпустить по имперцам свою начинку. Бронзовая трубка, вставленная в заднюю часть выдолбленного изнутри бревна, заполнена каким-то серым порошком, а рядом с колесом установки в руке убитого геммца дымится трут.

Занад вспомнил, как это делали враги: совали трут в эту трубку, и через мгновение смерть вылетала из жерла деревянной трубы.

- Я Занад Яллу, командир Груди войска! А ну, помогли мне развернуть эту дьявольскую конструкцию! Сейчас мы их попотчуем тем, чем они кормили нас целый день!

Несколько воинов, навалившись, помогают ему развернуть вражеское орудие.

Занад подобрал дымящийся трут и сунул его в руку первого, оказавшегося рядом.

- Когда дам команду, поднесёшь трут сюда!

Он глянул мельком на клубы пыли, окутавшие долину в полукилометре слева, и улыбнулся. Впервые за весь этот страшный день. Это из засады приближалась конница, которая сомнёт геммцев. Он пару раз довернул колесо установки, чтобы деревянная труба смотрела прямо на геммцев, столпившихся на ближайшем валу лагеря, и с довольным видом отступил в сторону.

- Поджигай! – крикнул он тому, кто держал трут.

Тот ткнул тлеющей верёвкой в порошок, и страшный грохот заставил Занада Яллу провалиться в беспамятство.

Мимо Эрга пронесли на носилках Бонга.

- Жив?

- Да Ваше Величество. Оглушило при взрыве орудия. Хорошо – чуть в стороне стоял, а расчёт весь в клочья!

Чёрт! Испытания деревянных пушек, о которых он читал в книгах из Хранилища Мудрости, показали, что они действительно разрываются на четвёртом или пятом выстреле.

И он решил поставить такие на передовом редуте, чтобы было не жалко терять, если их захватят имперцы. А чтобы не пострадали свои же, приказал выделить на каждое такое «недоорудие» всего по три комплекта зарядов. Но одно из них взорвалось на третьем выстреле…

Как и ожидалось, захватив передовой бастион, передовой отряд имперцев остановился, чтобы дождаться отставших товарищей.

Да и тех, кто выскакивал вперёд, чтобы преследовать отступивших с большими потерями мечников, просто сметали градом стрел.

Вместе с последними из отступающих, явился и Красавчик. Запыхавшийся, перемазанный своей и чужой кровью, но счастливый.

- Прошу прощения, Ваше Величество, но я не успел отойти вместе с первой частью мечников, - бессовестно врал герцог, и у Эрга не повернулся язык отчитать честолюбивого правителя герцогства Расс за неисполнение приказа.