Выбрать волю

Каких ещё демонов ей надо! Какой ещё обряд! Она над ним издевается или смеётся?!

Он уже совершенно уверил себя в том, что она, однозначно, испытывает границы своей власти над ним и проверяет, насколько удобно ей будет вить из него верёвки, но тут, к счастью, его размышления прервал Дерек.

Всё это время он носился между всеми тремя дворцами, отдавая десятки распоряжений, — к приезду Эсны тут не были готовы, и требовалось всё устроить наилучшим образом.

— Мой повелитель! — присвистнул Дерек, входя в покои и одним взглядом оценивая открывшуюся ему картину сдерживаемого бешенства.

Смерив его мрачным взглядом, Грэхард что-то невразумительно рыкнул и отвернулся к плотно зашторенному окну.

Дерек начал было демонстративно чесать макушку, но потом сообразил, что благодарные зрители у него отсутствуют, поэтому бросил кривляния. Поразглядывав спину владыки, он сделал единственный логичный вывод и уточнил:

— Так, а когда это вы поссориться успели?

— «Мы ещё не женаты!» — поворачиваясь, тонким голосом спародировал Грэхард то, что особенно его обидело.

Демонстративно наклонив голову набок, Дерек пару раз выразительно моргнул и уточнил:

— Постой, ты что, её с порога в койку потащил?

Грэхард выразительно промолчал; Дерек не менее выразительно возвёл глаза к потолку и мысленно пожаловался Богу своих отцов на дикарские нравы страны, куда его забросила судьба.

Немного помолчав и не дождавшись от владыки никаких комментариев, Дерек нарочито беспечно переспросил:

— Напомни мне, о грозный повелитель, Кьерины — это же вроде жутко знатный род, да?

Хмурый Грэхард подтвердил:

— Один из древнейших в Ньоне.

Изобразив лицом скепсис, Дерек уточнил:

— Значит, грозный повелитель недоволен тем, что дочь одного из древнейших княжеских домов не согласна, чтобы с нею обращались, как с простой наложницей?

Грэхард уставился на советчика почти что с возмущением.

— Посуди сам, мой повелитель, — беспечно продолжил Дерек, вторгаясь вглубь покоев и облокачиваясь на стол. — Старик адмирал её баловал всю жизнь, пылинки с неё сдувал. Всё время ей говорили, как знатен её род, не чета другим. Она выросла с пониманием, что она — особенная. Не какая-то там девчонка, а княжеская дочь.