Выбрать волю

Отбросить эту абсурдную версию так просто не представлялось возможным.

«Сделаю так, — решил он. — Вернусь и посмотрю тот список с людьми из штаба. Если там есть кто-то из людей Кьерина, то нужно будет обдумать дело более предметно. Если нет — то Грэхард прав, и пора завязывать с этой игрой в дознавателя. Явно не моё призвание».

По возвращении в столицу Дерек тут же отчитался владыке. Тот был явно недоволен:

— Я же сказал — завязывай уже с этим расследованием! — отмахнулся он от доклада.

Но Дерек сообразил, что при таком раскладе его ждут настойчивые преследования Эсны, которая, конечно, так просто не сдастся, поэтому недурно было бы выдать ей какую-нибудь версию, которая будет казаться достаточно бессмысленной, чтобы ей расхотелось её раскапывать.

Достав полученный от генерала список со штабными, Дерек принялся придирчиво его изучать, выбирая подходящую жертву (людей, известных связью с Кьеринами, он там не приметил). Ему был нужен человек, давно мёртвый, и притом имеющий какие-то причины насолить Веймарам.

Можно было бы соврать, что Дэрни приболел и задержался в пути, но Дерек встретился с ним, и тот указал на этого человека.

Расследование закрыто, все довольны.

Почесав в голове, Дерек выбрал генерала Линьеро. Погиб в том же Френкальском сражении, наследников по себе не оставил. Вот только с причинами такой подставы было по-прежнему неясно, но всегда же можно придумать какую-нибудь ссору... вот, можно учредить какое-нибудь псевдорасследование, и как раз эту причину и откопать.

Прозвание генерала — неистовый — давало надежду на то, что откопать предлог окажется не так уж и сложно. И все довольны!

На другой день Дерек встретился с Эсной и вдохновенно поведал ей о своей новой версии. Так мол и так, одноглазый Дэрни однозначно указал, что младший Веймар тут не причём, а вот генерал Линьеро как раз и отдал тот самый приказ...

Эсна слушала его очень и очень внимательно, с каждым словом смурнея всё сильнее.

Вопрос, который она задала после его показательного выступления, прожёг его насквозь:

— Но зачем дядюшке это было нужно?

Чувствуя, как от лица отхлынула вся кровь, Дерек непослушными губами переспросил:

— Дядюшке?

Эсна смутилась:

— Ну, то есть, неистовый генерал был женат на моей тётушке.

Но он всегда неплохо относился к нам с Алной... привозил гостинцы, уделял время... и мы привыкли называть его дядюшкой, — покраснела она, как будто могло быть что-то неприличное в том, чтобы называть дядюшкой мужа тётушки.