Выбрать волю

Помилуйте! Он мало того, что муж и господин, так ещё и владыка Ньона!

У обеих позиций были свои недостатки, но здесь и сейчас они оставались незаметными.

Хотя Грэхард не хотел вспоминать о самой ссоре и выяснять причины обид Эсны, он, тем не менее, глубоко задумался о том, что происходило с ним самим. По характеру он был склонен к некоторой рефлексии, и привык отмечать все странности в своём поведении. Правда, рефлексия его была обычно однобокой, пристрастной и поверхностной, но и того хватало, чтобы отметить какие-то странности в собственных реакциях.

Происходящее с ним сейчас его тревожило. Ему не нравилось, что сперва он шёл на бесчисленные уступки Эсне, совершенно позабыв про свои принципы и желания. Было принятое решение — разорвать отношения с женой вообще — ему теперь тоже не нравилось. Он видел в этом побег от проблемы, и хмурился тем больше, чем больше об этом размышлял.

Но самое глухое его недовольство вызывало примирение и его последующее поведение.

Проспать совет! Наговорить несусветной влюблённой чепухи! Рискуя своим международным престижем, провернуть эту авантюру с анжельскими купцами!

Грэхард был в высшей степени недоволен самим собой, и это недовольство отчётливо выражалось на его лице, что изрядно пугало Эсну: местом для своих размышлений владыка недальновидно избрал супружеское ложе.

Смотреть, как он катает желваки по лицу и хмурится всё сильнее, было страшновато, и Эсна старалась вести себя тихо, как мышка, и вообще делать вид, что её не существует.

Наконец, вынырнув из своих размышлений, Грэхард обратил на супругу тяжёлый взгляд и похоронным тоном уточнил:

— Я сегодня обещал тебе завоевать всю Анджелию, да?

Эсна нерешительно кивнула, опасаясь, что он всерьёз вернётся к этой безумной идее.

Но он только возвёл глаза вверх, тяжело и муторно вздохнул и признался в очевидном:

— Я бы не смог завоевать всю Анджелию.

Почему-то это вполне логичное и очевидное признание произвело на Эсну самое благоприятное впечатление. Возможно, потому что это было обычным хорошим человеческим качеством — признавать, что на эмоциях сморозил чушь.

— Мне не нужна ни вся Анджелия, ни даже её часть, — с ласковой улыбкой перебралась она поближе к нему и принялась пальчиками нежно гладить его бороду. — Просто будь со мной почаще, — робко просияла она глазами в самую его душу.