Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Снегом только замело … — бабушка говорила о каком-то огромном камне, а потом вдруг завела речь о своём отце:

— Родитель-то мой не из нашего народа был. Может, куши[5], а может и сюземен[6], как твой дед. Но это вряд ли: я от него ни разу похожих слов не слыхала. Правда, отец на слова скуп был, может, оттого, что по-нашему плохо говорил. А каков его родной язык — никто не знал… Так вот, поговаривали, что явился он ниоткуда. Просто пришёл к нам и старого шамана вылечил: тот совсем плох был. Прижился, а потом и сам шаманом стал: дар у него сильный был, много чего умел…

Прадеда, бабушкиного отца, я не застал.

Но односельчане до сих пор рассказывали о нём удивительные вещи. Говорили, что он вороном мог оборачиваться и по небу летать!

— Врать не буду: летать не летал. Но то, что за ночь мог до оленьих людей[7] добраться и обратно успеть — правда. Вот здешний Камень ему в этом и помогал. Отец мне об этом только перед смертью рассказал, вот так же сюда привёл, хоть и тяжело ему та дорога далась… Говорил, если влезешь на Камень да попросишь хорошенько, вмиг за горами окажешься.

Или за морем. Только надобно точно знать, куда попасть хочешь. А там такой же Камень стоит. На свете их много, да не всем про них известно…

Неужто и в Японии такой камень есть? А вдвоём лететь можно? Хотел спросить, но бабушка продолжала:

— Рассказать-то рассказал, да сама я чудо-камень так и не испытала. Всё недосуг было, да и страшновато. Вдруг он и вправду меня за море забросит? А ну как обратно не получится? Я ведь отродясь дальше соседней горы не бывала…

Теперь я точно знал, куда мне нужно.

И даже мог представить место: картинки из дедовых книг накрепко засели в моей памяти…

— О Камне вспомнила, когда ты мне о своих печалях поведал. Завтра сам Его увидишь!

***

Наутро бабушка не стала долго меня томить. Вскипятив воды из талого снега, она первым делом заварила чай: покойный дед и её приучил. На меня же чай никогда не тратили: дескать, детям от него никакой пользы. Зато я вдоволь наелся брусники с жимолостью! Зная такую мою слабость, мама положила в котомку туесок с сушеной ягодой…

После завтрака я готов был прошагать ещё полдня, но оказалось, что заветный камень совсем рядом.

— Запоминай: встанешь перед водопадом, потом мимо той горелой ели полсотни шагов вдоль сопки.

Справа от ледяного столба, уходящего на много саженей вверх, действительно стояла приметная ель, верхушку которой когда-то сожгла молния. Мы прошли положенное количество шагов и бабушка остановилась:

— Вот Он.