Царь девяти драконов

— Они отреклись?

— Да, бо, — подтвердил Фу и холодно добавил, — иначе давно отправились бы к духам.

В этот момент шрамы на щеке зачесались, но он не рискнул провести ладонью по лицу в присутствии бо.

— Замечательно, — удовлетворенный, кивнул Лаоху, — нам понадобятся рабочие для строительства, — взгляд черных глаз вновь перешел на каменное изваяние, — этот город нуждается... — Повелитель на мгновение задумался, — в изменениях.

— Однако защитники восточных ворот еще не думают сдаваться, — встрял Янь.

— Правда?

— Чистая, как горный ручей, светлейший.

— Вот, как? — Лаоху резко обернулся, — это правда?

— Да, — подтвердил Фу, — правда, бо.

— Хм. Без них мы как-нибудь обойдемся. Они сами выбрали свою участь. Когда подавите, отрубить всем головы и насадить на копья. А затем выставить перед воротами, которые они так тщетно пытались защитить. Пусть их духи послужат для нас рабами.

— Будет исполнено, — холодно отчеканил Фу, будто речь шла о перевозке на рынок свежих овощей.

Лаоху же снова воззрился на истукана. Тот продолжал отвечать ему спокойным и равнодушным взглядом. По непонятной причине это начинало бо раздражать.

— Видите его? — кивком он указал на идола.

— Конечно, светлейший, — молвил Янь, — мы прекрасно видим.

— Его нужно уничтожить. Этот лик пособников язычества, — глаза Лаоху сузились, — на его месте должен стоять Храм предков. Моих предков. Наших предков.

— Твой приказ будет выполнен в точности, бо, — кивнул Фу.

— Тогда принимайтесь за дело, — махнул рукой Лаоху, — но сначала сломите тех, кто смеет сопротивляться воле Шанди.

Два верных служителя господина поклонились. Не слишком низко, но и не слишком вяло. Затем, не произнося ни слова, направились в сторону восточных ворот. Их сандалии громко шлепали по влажной земле.

Лаоху остался один. Звуки боя и крики поверженных врагов стали медленно отдалятся. Вскоре они стихли совсем, и наступила тишина. Мрачная и вязкая. Только треск пожара, да барабанная дробь моросящего дождя.

Изваяние безмолвно смотрело ему в спину пустыми глазницами.

***

Молодой воин тяжело дышал. Он сидел, облокотившись о борт перевернутой телеги, и до звона в ушах вслушивался в то, что происходит вокруг. Но все было тихо.