Царь девяти драконов

— Еще и Ксу, небось, подговорил! От вас, пришлых, одни беды и проку нет! Гонору на десятерых, а ответственности и на одного не хватит!

«Это явно про Абхе» — подумал Шанкар, вслух же попытался быстро оправдаться:

— Почтенный Хэн, я не знал, что туда ходить нельзя.

К сожалению, он только сейчас вспомнил слова Кали, сказанные в первый день их встречи. Земляк предупреждал, что далеко от деревни вдоль берега уходить не стоит. Особенно вечером, когда хищники выходят из джунглей.

«Быть может, на Карана и вправду набросился оголодавший крокодил, а он с испугу принял его за демона?».

Шанкар понимал, что сам искренне хочет в это верить, но воспоминания прошлого не отпускали его. Подтачивали уверенность, как зубы пандикокку[1] стебель травы.

— Пхым! — гневно пыхнул Хэн. — Видать, вам мало?! Продолжаете туда лезть!

Нос старейшины дернулся от гнева. Охотнику же нечего было возразить. Он сидел, слегка понурив голову.

Цзы вздохнул, однако тона не убавил:

— Хорошо, нечего воздух сотрясать! Опасный зверь подле деревни мне не нужен! Твой сын натворил дел, тебе и расхлебывать! Избавь нас от хищника.

Последнее слово было сказано с легкой долей презрения. И Шанкар уловил это. Впервые за все время пребывания здесь, он ощутил, как разгорается открытая неприязнь к старейшине. Однако ему удалось заглушить ее.

«Это жестоко, но он прав. Надо было внимательней следить за Караном и не отпускать далеко одного. В любом случае стоит во всем разобраться самому».

Охотник медленно поднял взор на старейшину. Тот продолжал невозмутимо смотреть на него из-под густых бровей. Будто учитель на нерадивого ученика. Морщинистое лицо оставалось непреклонным.

— Получу ли я кого-нибудь в помощь? — рискнул спросить Шанкар.

— Пхым! — презрительно пыхнул цзы. — У нас не так много хороших охотников, чтобы заставлять их бегать за одной дичью. Ты справишься один, — Шанкар закусил губу, но в следующий миг Хэн смягчился, — можешь взять с собой Ли. Быть может, этот увалень научится чему-нибудь от тебя.

— Благодарю, цзы, — тихо молвил Шанкар и поклонился.

— Я в ответе за каждого, кто живет здесь. И не позволю разгуливать где ни попадя! Заруби это на носу! Теперь все сказал. Свободен!

Охотник кивнул и, сдержав обиду, уже хотел покинуть дом старейшины, как вдруг кое-что вспомнил и решился спросить.

— Почтенный цзы... прости за дерзость, но... кто такой Башэ?

Щеки Хэна зарделись.