Хроники вечной жизни. Иезуит

Единственное, что он знал – его любовь умерла.

Он не слышал, как вошли стражники, не двинулся с места, и лишь когда они попытались его оттащить от Агнешки, стал вырываться, кричать, цепляясь за ее кровать. Понадобились усилия четырех здоровяков, чтобы вывести его из комнаты. Когда его вытащили в коридор и закрывшаяся дверь навсегда отделила его от любимой, Иштван потерял сознание.

***

И снова он оказался в неволе. На этот раз его заперли в железной клетке, поставленной в одном из ответвлений коридора, неподалеку от комнаты графини.

Нередко случалось, что Эржебет, проходя мимо, останавливалась и задумчиво смотрела на юношу.

– Где мой отец? – спросил Иштван, когда она появилась возле его клетки в первый раз.

– Мертв, – улыбнулась графиня. – Можете гордиться, господин Надь, он погиб как герой. Заколол пятерых моих людей с криками "Это вам за сына".

– А Мате Пирош?

– Он тоже умер. – Она мрачно усмехнулась. – Я не сомневалась, что рано или поздно он приедет, чтоб отомстить за дочь, и давно ждала его.

Едва он вошел в замок, я приказала стражникам не спускать с него глаз. Ваш отец совершил ошибку, взяв бана Пироша с собой. Не сделай он этого, я бы ничего не заподозрила.

Юноша опустил голову: за год жизни с Томашем он успел привязаться к нему. Больше разговаривать с хозяйкой Иштван не пожелал, впрочем, она тоже не спешила заводить с ним беседы.

Раз в день ему приносили еду, все остальное время он сидел в запертой клетке и предавался унылым мыслям. Агнешка умерла, отец умер.

.. "Зачем я здесь поселился! Лучше бы так и оставался собакой! Дошел бы до Франции, там, по крайней мере, нет таких зверств, как в этом диком краю".

Иногда к нему прибегала Дорка. Она смертельно боялась своей госпожи, поэтому появлялась, только если той не было в замке. Кроме того, графиня вручила ей ключ от клетки Иштвана, и Доротея подозревала, что это сделано неспроста.

– Она специально отдала ключи, проверяет меня. А как только я попытаюсь тебя выпустить, стражники набросятся и убьют нас обоих.

– Не надо пытаться, – покачал головой Иштван. – Мне теперь все равно.

– Это правда, что ты дворянин?

– Правда.

– И та девушка... она не была твоей сестрой, ты обманул меня, да?

– Да, – коротко ответил он.

Доротея печально вздохнула.

– Что ж, я не сержусь на тебя. Тем более, ее уже нет.

– Уходи, – процедил Иштван.

– Ты влюбился в хозяйку, да? – злобно выкрикнула она. – Она ходит тут целыми днями вокруг тебя, словно кошка.