Хроники вечной жизни. Иезуит

Апу Ума вздохнул и махнул рукой.

— Пошли.

Он кликнул Сампа Анку, и втроем они направились в один из деревянных складов. Иштван бывал здесь десятки раз, но никогда не видел чего-либо ценного. Корзины с маисом, мешки с маниоком и картошкой, сосуды с напитками. Вряд ли такие мелочи могли занимать вождя.

Между тем Апу Ума собственноручно запер дверь изнутри, а Анка прошел в дальний угол и принялся освобождать его от корзин и прочей утвари. Вскоре Иштван увидел лежащий на полу большой плоский камень. Вождь с сыном отодвинули его в сторону, и взору открылся вырытый в земле лаз.

— Подземный ход? — удивился Иштван.

— Нет, — покачал головой Сампа Анка, — просто хранилище.

Он взял в руки факел, и все трое осторожно спустились вниз. Там, под полом склада, оказалась небольшая комнатка, заваленная соломой. Апу Ума раскидал ее в стороны, и Иштван увидел необычную статуэтку с головой в виде куба. Она достигала четверти эстадо в высоту и была сделана из чистого золота. Это было то же самое изображение, что украшало куриканчу.

— Это Виракоча. В Куско он стоял в храме, а теперь приходится прятать его здесь.

В голосе вождя слышалась горечь.

«Ничего себе! Фунтов сорок[ii], если не больше».

Апу Ума снова наклонился, и на этот раз из-под соломы показался золотой ларец.

— Здесь изумруды и прочие камни, — пояснил он.

— И ты боишься, что белые все это найдут?

— Да, Амаута. Прошу тебя, придумай способ спрятать все так, чтобы никто никогда не отыскал Виракочу и камни.

— Но ведь тогда и твои люди не смогут их найти.

— Неважно. Я хотел послать несколько человек, которые бы надежно сокрыли Виракочу, а потом убить их, но рука не поднимается. К тому же, они могут разболтать тайну до своей смерти.

— Я не понимаю тебя, Великий. Это очень дорогая вещь. Неужели нельзя найти способ продать ее? Пусть не саму статую, но вы можете ее переплавить — это лучше, чем где-то зарыть.

— А вот этого, Амаута, ты понять никогда не сможешь. Ты мыслишь, как белый. Для вас золото — это хорошая еда, мягкая постель и даже власть над другими.

«Да уж, и в самом деле, этого мне не понять. Но как жаль прятать такую вещь! Впрочем, в «моих» рудниках золота в сотни раз больше».

— Хорошо, Великий Вождь, — кивнул Иштван, — я придумаю способ.

Через неделю он изложил Апу Уме свой план.