Хроники вечной жизни. Иезуит

— А вдруг сейчас повезет?

Юноша помолчал, задумчиво разглядывая священника.

— Я пойду с тобой, — вдруг сказал он.

— Что ж, буду рад, — улыбнулся Иштван. — Встречаемся у ворот на закате.

Через несколько часов они уже шагали на восток. Иштван позаимствовал у вождя два ружья и одно из них отдал Сампа Анке. Обогнув стену, он указал на толстую сейбу на другой стороне полянки:

— В прошлый раз я сидел вон там. Очень удобно.

— Что ж, — кивнул Анка, — пойдем.

Неслышно ступая по толстому мху, они подошли к дереву. Юноша подсадил Иштвана, потом забрался сам, и они расселись на ветвях, словно птицы.

— Не засни, — прошептал Иштван.

— О, об этом можешь не беспокоиться. Я привык на охоте часами сидеть в засаде.

Перебросившись еще парой фраз, они замолчали. Вскоре совсем стемнело, и на джунгли опустились ночь и прохлада. Стихли резкие крики попугаев и чавканье капибар, лишь вдалеке плескалась вода да время от времени слышался рык ягуара.

Иштван начал было беспокоиться, что он, как и в прошлый раз, ничего не увидит, но тут над лесом взошла луна и озарила все вокруг мягким, серебристым светом.

— Так еще более жутко, чем в темноте, — через силу улыбнулся Сампа Анка, и в это мгновение где-то недалеко хрустнула ветка.

Оба напряженно замерли, уставившись на стену. Иштван чувствовал, как бешено колотится сердце. Он старательно прислушивался, но ничего, кроме тихого шелеста листвы, различить не мог.

И вдруг... Из-за угла стены появилась тень, затем еще одна, и еще. Стараясь не дышать, Иштван отчаянно вглядывался в темноту.

Легкий стук, точно кто-то пнул маленький камушек. И снова тишина.

Неожиданно, словно из-под земли, в нескольких шагах от них выросли четыре фигуры. Они неторопливо двигались к захоронению Чалли Атука. Иштван почувствовал, как волосы зашевелились на голове. Скосив глаза, он взглянул на Анку: приоткрыв рот, тот с немым ужасом смотрел на прибывших, на лбу блестели крупные капли пота.

В свете луны было отчетливо видно, что это индейцы — широкоплечие, длинноволосые. Подойдя к двери, они тихо сняли засов и распахнули створки.

В глубине ниши белым пятном маячило мертвое тело, рядом с ним стояли дары. Один из пришедших неспешно побросал их в мешок и закинул его за спину. Все четверо выглядели совершенно спокойными. Они подошли вплотную к «могиле», молча вынули труп и опустили его на землю. Закрыв дверь и навесив на нее засов, индейцы легко подняли тело Атука и через несколько мгновений исчезли в тени деревьев, так и не обменявшись ни словом.