Хроники вечной жизни. Иезуит

Иштван в ответ знаками попытался дать понять, что сам сможет вылечиться, если индейцы отдадут его вещи. Тыкал пальцами в ту сторону, где, по его мнению, находилась река, изображал руками свой сундук, и, наконец, старик догадался, о чем идет речь. Он вышел, а через некоторое время вернулся в сопровождении двух дикарей, которые несли сундучок Иштвана.

"Как они узнали, что это – мой?" – с удивлением подумал он и, с трудом приподнявшись, принялся выбирать нужные травы.

В сундучке сохранилось все, индейцы ничего не взяли, напротив, сверху лежала сутана, в которой он был на корабле, и кожаный мешочек с серебряной монетой, крестиком тамплиеров и кольцом.

К тому времени, как Иштван закончил разбирать сундук, в хижине набралось не меньше десятка индейцев. Все они были высокими, длинноволосыми, с коричневыми узкими лицами, совершенно лишенными усов и бород. Пленник знаками попросил разрешения одеться, и один из них, видимо, главный, согласно кивнул.

Облачившись в сутану, Иштван почувствовал себя увереннее и стал показывать, что ему необходимо вскипятить воду.

Он поспешно отвернулся и, стараясь об этом не думать, приготовил отвар в глиняной чаше. Индейцы, встав вокруг костра, с любопытством наблюдали за его действиями и тихонько переговаривались.

Когда отвар был готов, он вернулся в хижину, достал из сундука платок, смочил его целебным зельем и наложил на рану. Дикари толпой ходили за ним и ловили каждое его движение. Было заметно, что человек, сведущий в медицине, вызывает у них уважение.

Остатки отвара Иштван выпил, а потом демонстративно принялся читать найденную в сундучке Библию. Он понимал, что вечером его съедят, и всячески показывал хозяевам, что нисколько их не боится.

Бестолково потолкавшись, индейцы вскоре вышли, их сменила девушка, которая утром давала ему воды. Сейчас она принесла круглую миску с лепешками, поставила их на лежанку и удалилась.

Иштван осмотрел незнакомую еду, понюхал – пахнет неплохо. Откусив немного, он с удовольствием отметил – вкусно, и только сейчас понял, как сильно голоден. За несколько минут покончив с лепешками, он снова лег. И потянулись томительные часы ожидания.

Вдруг неподалеку послышались крики.