Инквизитор

– А ты лют, брат-солдат, ну, прощай…

Он выхватил из рукава рубахи нож и кинулся на Волкова. Бабы завизжали. Волков просто выставил вперед меч, меч вошел в правую часть груди и вышел чуть ниже лопатки. Арбалетчик откинулся, выронил нож, попятился и плашмя упал рядом с водой на спину. Волков повернул коня и поехал к харчевне. Он не хотел смотреть, как умирает ламбриец, не было у него к нему никакой злости. Меч он в ножны не прятал, держал в руке и смотрел, как капли дождя смывают кровь со стали.

А тем временем на площади, возле харчевни, уже стояла большая телега.

– А ну стой, – зарычал Волков.

Мужик испуганно остановился.

– Ты куда все это тащишь?

– Барону, – испуганно пробормотал мужик.

– Что?

– Барону отвезти приказано.

– Кем? – спросил Волков.

– Так старостой, – ответил мужик.

– Где этот староста? – Заорал солдат, оглядываясь.

От телеги отошел седенький мужичок и произнес:

– Тут я.

– Воруешь, крыса ты амбарная?

– Ничего я не ворую.

– А куда мое добро тащишь?

– А нет тут вашего добра, – неробко отвечал староста. – Все, что на земле барона найдено, все принадлежит барону. Такой закон.

– Закон? – Заорал Волков, выходя из себя. Он склонился к мужику и схватил его за волосы. – А не юрист ли ты?

– Я староста, – предупредил тот, пытаясь отодрать от себя руку солдата.

– Так вот, знай, вонючая амбарная крыса, – заговорил Волков прямо ему в лицо. – Все, что взято в бою, принадлежит взявшему, вне зависимости от того, на чьей земле это было. На земле барона или на земле графа, герцога, курфюрста, епископа или даже папы. Я взял это в бою, все эти вещи мои!

И тут он увидел мужика, который из конюшни выводил прекрасных ламбрийских коней.

– Эй ты, урод, – заорал Волков, – а ну верни моих коней в конюшню.

Мужик испугался и повел коней обратно.

– Ты понял, крыса амбарная? – Сказал солдат старосте. – Верни все мое добро на место. Иначе... – Он даже привстал на стремена. – Если я узнаю, что кто-то взял хоть одну мелочь – я отрублю вору руку.

– Я доложу об этом барону, – обиженно произнес староста, – он-то вас не похвалит за такое.

Волков уже его не слушал. Он подъехал к мужику, который стерег его добро, слез с коня, кинул ему поводья.