Путь мира

 – Рядом с нами он, наверное, чувствовал себя как в клетке с дикими зверями, однако все равно снисходил до близкого общения. И, знаешь что, этот его альтруизм вызывал ответное чувство.

– Что я слышу, Роберт! – Роберта взяла его за руку – Это даже подозрительно.

– А ты ревнуешь? – Роберт выпустил идеально круглое колечко сизого дыма. – Как бы то ни было, его не стало, он растаял как дым. Как дым в прямом смысле: его облили корабельной кислотой. Случалось мне видеть результат: пренеприятнейшее зрелище.

– Какая ты гадость, Роберт! – Роберта поморщилась. – Ты бы лучше подумал о…

– Ты была с ним, ты и думай, – фыркнул Роберт. – Лично меня этот бред о кейсах с драгоценностями даже развлекает. Еще когда я в первый раз увидел твоего любовника, я понял, что это человек с большой фантазией. А тогда, когда тебе приспичило «похищать соблазнителя для расправы», до меня вдруг дошло, за что ты так обожаешь его.

– Что? – Роберта вскочила с дивана.

И она бросилась на Роберта с кулаками.

– Ты теряешь контроль над собой, – Роберт невозмутимо положил окурок в пепельницу, сдерживая женщину левой рукой.

– Ты сам отправишься за документами! – взвизгнула Роберта. – Иначе мы погибли! Слышишь!

– Я и сам собирался сообщить тебе об этом, – невозмутимо сказал Роберт. – Я уже нанял «призрак». Сегодня я улетаю.

…Ничем не примечательный внешне человек, записавшийся в «Журнал посетителей» как Юлиус Знающий «по личному делу», ждал в приемной комнате.

Этот Юлиус записался на прием в земную Миссию уже с неделю назад, но с визитом не торопился. Утром каждого дня он «дистанционно» осведомлялся у автосекретаря, кто именно ведет сегодня прием посетителей, а потом извинялся, что не сможет прийти и просил перенести его визит на следующий день. В конце концов автосекретарь посчитал его простым хулиганом, о чем и сообщал в «журнале приема» в графе «особые сведения».

«Ну надо же! – в сердцах удивлялась Лилиана. – И почему это именно мне выпала такая честь, что он явился ко мне? Да еще и Знающий! Интересно, что же такое он знает?»

Правда подобный эпитет при имени или, скорее, прозвище – фамилия в Великом Герцогстве были обычным делом: почти все жители столицы были не иначе как Любимыми, Благими, Чудесными, Умными, Сильными и Быстрыми.

С настроением у Лилианы было не очень.