Смерть лишь начало. Дух-покровитель

Поток источаемых им эмоций оглушал, на миг возникло чувство, будто в ночной клуб попал и сдуру возле колонок присесть решил. Совершенно автоматически закрылся от эмоций Рыма и чувств свидетелей встречи. Правда от потока маслообразов это не слишком помогло. Впрочем, отгораживаться совсем наглухо и не планировал.

          Упустил из виду схожести моего ухода с последней охотой Гама. Недооценил силу воображения мальчика и его способность к накрутке самого себя. Первые дни он еще держался, пытаясь помогать Хыру, а на деле больше путаясь под ногами, но потом выбрал дерево повыше и организовал на нем наблюдательный пункт.

          Кыр помог соорудить площадку из веток и нашел подходящую жердину, ставшую своеобразной лестницей. Хыр же оказался слишком занят обустройством, к тому же Рым заранее подстраховался и высказал мысль о необходимости постоянного наблюдения за окрестностями. Мало ли что и как — заявил он, намекая на опыт общения с агрессивными дикарями. Вождь, задерганный делами и устававший под вечер так, что с трудом самостоятельно ужинал, только рукой махнул.

          Если бы не Тила, он бы и вовсе мог изрядно отощать. Девочка проявила поразительную настойчивость, умудрившись переломить упрямство Рыма и заставить его спускаться за едой. Совестно ему стало, когда она, забравшись к нему с горячим горшком, молча наполнила миску обожжённой рукой.

          — Рассказывай, что с верху видел? — спросил, когда Рым отстранился и щеки утер.

          Мальчик затараторил, в очередной раз подтвердив, что чего-чего, а наблюдательность у него отменная. Даже на фоне соплеменников. Впрочем, все рассказываемое им было не столь уж и важно. Не мне и не сейчас. Отвлек и хорошо. Заодно у подтянувшегося поближе народа создал впечатление важности и нужности проделанной юным шаманом работы.

          Пока Рым о численности стад рассказывал и частоте их походов к реке на водопой вещал, неспешно оглядывал стоянку. Ближе к роднику стоял водяной фильтр и горел обложенный камнями общий костер племени. Немного в стороне стояли грубые клетки с зайцами и утками. Птиц осталось не больше дюжины, а вот ушастых прибавилось. Выше по склону разместились шалаши.