Я сделаю это сама

Он нахмурился, а я продолжила, глядя прямо в водянистые глаза:

- Я уже здесь, вот она. И я не знаю, кто мне здесь друг, а кто нет. Пока я успела повидать только Пелагею с Меланьей, - поклон в их сторону, - и благодарна им за помощь. За крышу над головой, за еду и за доброе отношение. А других я не знаю, и чего ждать от них – не знаю тоже.

Он ещё раз оглядел меня – будто впервые увидел.

- И мы не знаем, отчего вы оказались в воде, едва сошли с корабля, - он продолжал сверлить меня взглядом.

О да, я сошла с корабля, но – совсем другого, не того, который он имеет в виду – кажется.

Мой корабль стоял совсем в другом месте, и вообще там всё было другим. И в воде я оказалась потому, что кое-кто не захотел меня слушать.

- Сама и прыгнула, думала – уплывёт, - прошипела госпожа Трезон.

- Куда уплывёт? – спросил священник.

- На волю, - пожала та плечами.

- Госпожа маркиза, вы хорошо плаваете? – это уже мне.

- Никак, - пожала плечами я. – Не умею.

И Марья истово закивала, подтверждая мои слова.

- Отродясь госпожа Женевьев нигде не плавала. Вот ещё!

- Значит, не сама, - заключил священник.

- А ветер был? – уточнила я. – И волны?

- Как не быть, - кивнул он.

- Так вот.

- Ветром сдуло? Волной унесло? Глупости всё это. Кто-то очень хотел от вас избавиться, стоило вам ступить на нашу землю. И мне интересно – кто и почему. И господину генералу тоже интересно, раз он взялся вас спасать.

- Кто такой господин генерал? – не поняла я, никакого генерала я тут пока ещё не видела.

- Генерал Монтадор, недавно назначенный командующий гарнизоном крепости, - пояснил священник.

Крепость – значит, от кого-то, тем более, раз целого генерала недавно назначили. Здесь есть враги? Откуда они и что им нужно? Ладно, разберёмся. Или нет. Мне бы пока разобраться, куда бежать, и где дом.

- Были ли вы крещены? – священник строго осмотрел нашу троицу – Трезон, Марью и меня.

- А как же, - истово закивала Марья.

Трезон просто согласилась. А я наклонила голову – понадеялась, что это сойдёт за почтительное согласие.

Потому что я, конечно, как-то и во что-то верила, но до подобающей доброму христианину степени веры не дошла. До формального урегулирования наших отношений с небесами – тоже. Так что…

- Чтоб были завтра на службе, - сверкнул глазами священник и поднялся.

Пелагея и Меланьей пошли проводить гостя, а наша троица осталась.

- Госпожа, вам бы прилечь, - вздохнула Марья. – А то вчера еле живы были, а сегодня уже будто и не было ничего.