Повесть о монахе и безбожнике

. Звук набегал волной откуда-то с неба, и он прищурился, чтобы разглядеть то, что его создавало. На миг над головой Шумона в просвете деревьев мелькнуло что-то большое, с изящными округлыми формами. Тень от него стремительно скользнула по земле и унеслась, захватив с собой шум. Несколько секунд он, все более и более слабеющий еще оставался слышен, однако вскоре затерялся и пропал.

Шумон ничего не успел разобрать — таким стремительным оказалось это движение — только форму, и еще контур человеческого тела, сидевшего верхом на неведомом предмете остались в его памяти.

— Что это? — спросил монах.

— Не знаю, — ответил Шумон ошеломленный не меньше монаха. — Считай, что ничего. Пошумело, пролетело и все...

— Пролетело? — вскричал монах.

Шумон на секунду замешкался. Он не собирался рассказывать монаху то, что видел, понимая, что рассказ повергнет того в религиозный экстаз, который окончится либо продолжительной молитвой, либо пляской, а время терять не хотелось.

— Пролетело? — переспросил он. — Кто сказал "пролетело"? Прошумело.

Дурбанский лес.

Парные холмы.

Солнце у них над головами двигалась быстрее их. Это стало понятно, когда деревья расступились, и они вышли на обширную поляну, через которую шла гряда невысоких холмов. Они походили на хребет громадной змеи заползшей сюда в далекие времена и издохшей тут от приключившихся неприятностей. Теперь скелет рассыпался на части, зарос травой и кустами и каждый холм казался частью иссохшего позвоночника.

— Это же Парные Холмы! Нам теперь отсюда вправо взять нужно.

Определившись, брат Така заметно повеселел лицом и начал дергать Шумона.

— Давай, безбожник, шевелись. Нам еще идти и идти.

Подтягиваемый монахом экс-библиотекарь поднялся на первый холм. С него он увидел, как где-то далеко, из гущи леса торчит шпиль часовни с фигуркой третьего воплощения Кархи на верхушке. Пока брат Така благоговейно рассматривал видение, Шумон оглядывал подходы к лесу, прикидывая, где лучше опуститься с холма и обойти заросли.

Что-то лежало там, в траве, что-то призывно блестевшее на солнце. Сверху и издалека Шумон не мог различить, что именно там лежит, но место запомнил очень хорошо — между двух камней, похожих на остроконечные шапки горцев.

— Ну что, будем стоять? — нетерпеливо спросил монах. — Шевелись, шевелись...

Поддерживая друг друга, они начали спускаться вниз по склону холма.