Повесть о монахе и безбожнике

В раздумье, разрывая курицу, он ответил, сначала медленно, словно нащупывая мысль, а затем все быстрее и тверже:

— Нам ли в грехе ходящим и ползающим в скверне судить о замыслах Его? Что с того, что Он, из неясных нам соображений допустил в лес нечистых слуг Своих? Какая разница, кто эти слуги — нечистая сила или Альригийцы — и то и другое — наказанье Божие. И бороться с ним, значит гневить Творца всего сущего.

Он погрозил хозяину куриной ногой.

— В ересь впадаешь, брат по вере!

Разговор грозил принять характер богословского диспута, на что брат Атари совершенно не рассчитывал.

— Разум человеческий слаб, и ему свойственно ошибаться. Конечно, бороться с предначертанием большой грех, но не ошибаемся ли мы, принимая испытание за кару? Может быть, Карха испытывает нас? Может быть, именно альригийцев он выбрал орудием испытания нашего?

Гость молчал, смотрел заинтересованно, ожидая продолжения.

— Послушай, Амаха, ведь сказано же у блаженного Кейзи: "Не ищи должника, а ищи заимодавца".

Старший Брат Атари поднял руку, желая придать своим словам значительность.

Ничего не возразив на это, Старший Брат спокойно доел курицу, запил ее кубком вина и только потом ответил:

— В твоих словах, мой друг, есть резон. Необходимо предусмотреть и такой поворот событий. В конечном счете, ведь нам с тобой придется искать выход из этого положения. У тебя есть предложения?

Брат Атари ждал этих слов, но момент показался ему не подходящим — гость придвинул к себе вазу с фруктами и погрузил руки в россыпь плодов дерева арида.

— У меня нашлось время поразмышлять над трудами отшельников. В сочинениях пустынника Рапула я наткнулся не завет: "Испытывай до пяти раз". Помнишь его притчу о трех мухах и горшке меда?

Брат Амаха скучно кивнул. Голос его не выдавал энтузиазма:

— Опять лазутчики?

Веры в этот путь у Амахи уже не оставалось. Только что ведь хозяин рассказал, чем закончились все предпринимаемые попытки.

— Да брат мой, но не совсем.

Брат Атари поднялся из-за стола и принялся ходить по комнате. Такую походку он выработал, еще обучаясь у Сентелплера, в университете Братства. Она привлекала внимание, заставляя человека прислушиваться к тому, что говорится.

— Предложение мое, возможно покажется тебе странным, но, поверь, оно направленно на пользу Братству, а значит и Шестивоплощенному.