Сын Нила

Что-то же я помню...

— Ты только когда над принцем будешь издеваться, лицо грустное делай, будто переживаешь! — подсказала Беренмут.

Нефертити гневно на неё взглянула и поспешила к больному. Хотя в глубине души слова Бер имели очень и очень яркий отклик. И лишь природная правильность Нефертити отделяла его от чего-то ужасного.

Обратное путешествие в Египет оказалось совершенно не похоже на неторопливое плавание в Хатти. Остановки на ночь были краткими, часто прямо в порту. Принц Тутмос пытался было хоть как-то повеселиться, но его свита технично и явно привычно затирала старшего принца в угол, отвлекая всякой ерундой.

Нефертити же сбивалась с ног. Аменхотеп бредил, не узнавал никого и не давался в руки. Служитель-врачеватель откровенно опасался подходить к буянившему второму принцу, что внезапно оказался наделён недюжинной силы. Если требовалось чем-то напоить Аменхотепа или начертать защитные символы, то звали или личного жреца Тутмоса, что поднимал незадачливого больного в воздух и держал там до конца процедуры, или Беренмут, что не церемонясь вращивала его прямо в дерево корабля.

И лишь Нефертити принц почему-то узнавал.

Правда счастья ей это приносило не много. Мало того что врачеватель свалил на неё всю сопутствующую работу — и протирать тело принца от пота, и обновлять защитные знаки, и смазывать волосы благовониями, так ещё и сам Аменхотеп её явно ненавидел.

— Это всё из-за тебя! Если бы тебя не было, всё было бы нормально.

.. Всё из-за тебя!

Однако он хотя бы не бросался на неё с кулаками, как на других, хотя и лицо делал на редкость противное. А стоило Нефертити удалиться отдохнуть, как принц тут же начинал голосить и звать её.

— Я сказал тебе не уходить! Не смей бросать меня, слышишь?!

А на корабле тем временем поползли разговоры о том, что боги лишают разума и второго принца. Нефертити слышала их и в тайне очень боялась, что это окажется правдой.

Тутмос был хорошим человеком, но будучи маленьким ребёнком в теле взрослого, он не мог править Египтом. Его сестра и жена не справлялась с супругом, это Нефертити заметила ещё при подготовке к плаванию. Значит вариант был только один — Аменхотеп. Ведь все остальные законные дети Фараона — девочки. Царица бывало правила страной, та же Тия была известна своей политической деятельностью, но всё же в паре с фараоном.