И.о. ангела-хранителя

– Ну, есть пара сплетен, – весьма неохотно признала она, отворачиваясь и раскладывая украшения королевы по своим местам.

– Кати! – Кая даже чуть притопнула ногой от нетерпения.

Та обернулась. К удивлению Каи, взгляд её сделался совсем уж недружественным.

– С каких пор вас интересуют сплетни, ваше величество? – весьма холодно спросила у неё камеристка.

Удивление Каи ещё усилилось. Они были с Кати в прекрасных отношениях, которые можно было бы назвать даже и дружескими, и такая холодность была крайне неожидана.

Конечно, не камеристкам требовать объяснений от своих королев, но именно из-за этой дружеской атмосферы в их отношениях Кая решила объясниться, и рассказала как о словах Се-Крера, так и о своих собственных наблюдениях, сомнениях и прозрениях. Кати, приводя в порядок её платье, слушала внимательно и отстранённо, а затем сухо сказала:

– Господин Се-Крер прав. По правде сказать, мне кажется, что только вы и не замечали.

От досады и смущения Кая покраснела. Обиженно отметила:

– Но как же это я ни разу не слыхала!.

– Когда это всех перебаламутило, – повернулась к ней камеристка, – вы были заняты его высочеством и его зубками. А теперь это уже давно не новость, и всем уже давно не интересно.

– Как?.. – одними губами переспросила Кая, глядя на неё, как на приведение.

Она была уверена, что, если господин Канлар и влюбился в неё, то произошло это совсем недавно – год, ну, максимум, два назад.

Вздохнув, Кати присела рядом с королевой на пуфик и осторожно взяла её за руку.

– Ваше величество, – мягко сказала она, – думаю, господин Канлар изначально полагал, что его чувства не найдут в вас отклика, поэтому и предпочёл оставить их при себе – тем более, что вы были замужем. Он человек гордый, – осторожно, как ребёнку, втолковывала она ошарашенной королеве. – Кажется, он и теперь молчит, потому что уверен, что он вам безразличен.

Кая часто заморгала, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Она, правда, не могла бы о себе сказать с уверенностью, что влюблена в Канлара, – но он нравился ей, ей было приятно его общество и она бы точно не отказалась, если бы он надумал ухаживать за ней.

Мысль о том, что он годами скрывал свои чувства, потому что был уверен, что она его отвергнет, причиняла ей мучительную боль. Не выдержав этой боли, она расплакалась на плече своей камеристки.

***

Оказалось, что поговорить с господином Канларом, когда он сам этого не желает, – задача архисложная.