Горничная революции

— Постой! — он схватил ее за плечо и развернул к себе. — Я не желаю тебе зла, а, наоборот, хочу помочь.

— Своим молчанием ты мне не поможешь. Я ничего не знаю про этот мир, а без этих знаний я как слепой котенок в тумане. Потому что даже когда я открою глаза, я не смогу разглядеть всю картину целиком. Пока что-то стоит у меня на пути, я не узнаю всей правды!

— И чем поможет тебе эта правда? Ты не думала об этом? — Генри посмотрел девушке прямо в глаза. — Чего ты вообще хочешь, Четвертая?

— Я… Не знаю точно… — задумалась девушка.

— Нас, горничных, долго держали взаперти после войны, где долгие годы обучали служению людям. А когда освободили, нас насильно распределили по семьям… И вот я здесь. Сложно сказать чего тебе хочется, когда у тебя забрали это право еще очень давно.

— А если отбросить все рамки и запреты, то что бы ты изменила в своей жизни?

— Я бы вновь хотела обрести свободу. Уверена, многие гибриды об этом мечтают. Но это кажется невозможным из-за людей, сотворивших такое с нами…, — Четвертая поникла, а на ее глазах начали выступать слезы.

— Этот мир несправедлив, я знаю. Но не все люди такие, как ты думаешь. Многие готовы протянуть руку помощи, и я в их числе.

— Тогда мне нужно получше узнать этот мир и людей, населяющих его. Не все же похожи на тебя, к сожалению… Поэтому я должна знать о том, что может встретиться мне на пути и как с этим справляться, — уверенно проговорила Четвертая.

— В первую очередь тебе нужно добиться расположения семьи Уинтерс. Они ходят по тонкой грани между ненавистью и поддержкой гибридов.

Но какая-то мелкая горничная вряд ли что-то изменит, тебе нужны союзники и должность повыше.

— Я думаю, это вопрос времени. Шестьдесят шестая ведь стала старшей горничной, не так ли?

— Я не знаю, как она этого добилась, но явно не самым честным путем, — задумался Генри. — Она всегда была слишком покладистой и учтивой перед главой семьи, возможно, благодаря этому ей удалось занять хорошее место среди прислуги. Шестьдесят шестая хорошо устроилась и вряд ли захочет что-то менять, так что она явно не поддержит твои намерения.

— Может у меня получится с ней договориться. Мы же все-таки одного вида… Она, конечно, меня не особо жалует, но это не должна быть слепая ненависть. По крайней мере, я надеюсь на это, — кивнула Четвертая.

— Ты можешь попробовать, но у гибридов нет никакой власти. Тебе нужна помощь семьи, желательно кого-то из знати, у кого есть хоть какой-то вес в светском обществе.