Звездный Мост

Оказалось, у него давно был создан собственный проект умной баллисты, основанный на доработанных ромейских чертежах. Вольга решил построить оба порока и затем испытать их в деле. Требушет показал себя неплохо, но не имел высокой точности; созданная же Станиславом катапульта, стрелявшая двадцатифунтовыми каменными ядрами, без промаха поразила намеченные цели.

А странный черный туман неумолимо приближался к стенам крепости, въедливо растекаясь по замершей округе, скрадывая заснеженные кроны деревьев…

− Что это, Милославич? − с тревогой спросил Бесник.

− Тьма египетская,− нехотя проворчал Вольга.

Слова его прервал жуткий звериный рев. Пронзительная угольная застень вырвалась из темной пелены и, взмахнув перепончатыми крыльями, ринулась к Мышграду. Проскользнув мимо надвратной башни, крылатая бестия поднялась в грозовое небо и обрела зримую форму, превратившись в хищного ящера.

− Нечистый!.. Бей гада, робята! − закричал Бесник, терзая ворот самострела.

Ящер, утробно рыча, раскрыл пеликанью пасть с рядами острых и мелких зубов, крутанулся спиралью в воздухе, а потом сложил за спиной крылья и рухнул на стену.

Вольга повалился на спину, едва не потеряв сознание от острой ломоты, захлестнувшей позвоночник. Падая, он успел заметить, что Станислав со всех ног бросился к детинцу, где у зенитной баллисты дежурил дед Панас.

Окружившие крепость ордынцы, присев на корточки, с нескрываемым ужасом и трепетом наблюдали за разрушительными действиями летучего змея.

Неравная схватка длилась несколько долгих минут… Но вот, получив негласный приказ, ящер прекратил погром искромсанной стены и ринулся прямиком на детинец, ровным квадратом возвышавшийся в центре Мышграда.

Вольгино сердце вновь пронзила жестокая боль, потому что он осознал цель чешуйчатого нетопыря, безусловно подчиненного злой воле шаманки Улаан Унэгхэн.

Молнией промчавшись над крышами домов, змей подлетел ко второму поверху детинца и, зависнув в воздухе, ударил когтистыми лапами в неприметное окошко, за которым была тихая опочивальня, где лежала отрешенная от жизни Мария. Толстое стекло треснуло, но не разрушилось. Раздосадованный ящер с силой оттолкнулся от дрогнувшей стены и вертикально взмыл вверх, трепеща черными крыльями.