Странствие духа

То, что не тобой завоёвано, недорого ценится…

Бэрко помрачнел:

— Да как же их поднять на войну? Они ведь даже своих дочерей — авлановых жён — предали, своих детей — духов-покровителей — оскорбили! Силком их, что ли, на битву гнать?

— Толку не будет, — вздохнул Гарпани. — Надо, чтобы они сами захотели защитить что-то, что им дорого, дороже нынешних скудных богатств. Но что это может быть — я ещё не придумал…

Сгустилась темнота, гостя уложили спать на почётном месте дю — дальше всего от входа, ближе всего к огню.

Сытый пёс сопел снаружи, зарывшись в пушистый снег: шкура у него до того лохматая, что от любого мороза спасёт, лишь бы кормили досыта. Мирно спала стоянка, хотя Гарпани знал: зоркие молодые воины стерегут на опушках елани, высматривают врага. Не такая уж беззаботная жизнь у этих земных небожителей!

Часть почётного места отгородили пологом, подвешенным на ремне: хочет гость закрыться от очага — задёрнет полог, станет прохладно — откроет. Гарпани лежал без сна, думая о рассказах Бэрко и вообще обо всём, когда полог шевельнулся.

Его отодвигали снаружи! Рука сонинга сразу же нащупала нож, хотя разум убеждал, что в доме друзей бояться нечего. Так-то оно так, однако хорошо, что нож поблизости…

Придерживая полог, к Гарпани осторожно подобралась дочь Бэрко. Сонинг помнил, что её зовут Аяврин, но за весь день не сказал с ней и пары слов.

— Ты не спишь, небесный герой?

— Сама ведь видишь, что нет. А ты почему не спишь?

Девушка села, подогнув ноги, на мягкую шкуру за пологом:

— Я хочу поговорить с тобой… о важном.

Только ты не смейся!

— И в мыслях не было смеяться, что ты!

Гарпани приподнялся на локте и рассматривал девушку в неярком свете приугасшего очага. Все дети Бэрко были рослыми и гибкими, сестра походила на братьев больше, чем на полненькую невысокую мать. Кафтанчик у Аяврин был женским, но намного короче, чем у женщин, а домашние чулки, наоборот, длиннее — по-мужски. И нож на поясе висит не как носят женщины, а как у охотника — чтобы можно было быстро выхватить.

— Ты воин? — спросил Гарпани.

— Нет, я… это неважно сейчас, — смутилась Аяврин. — А вот ты воин, и это важно.

Гарпани сел: похоже, разговор будет нешуточным!

— Я знаю, ты найдёшь способ поднять войско против Урэна. Ты сонинг, ты сможешь. И тогда наши тоже пойдут драться, как иначе-то? А меня вместе с другими женщинами оставят на стоянке.

— Ты хочешь пойти на войну? — удивился Гарпани.

— Нет же! — Аяврин тряхнула головой. — Не перебивай, прошу.