Через Суть Сердца. Книга 1. Апокалипсис

Сама она никогда не опускалась до того, чтобы копаться в земле, но следить за этим делом — и непременно указывать, как правильно — очень любила.

Думая о смерти и потерях, и о том, что любой из нас может умереть в любой день, я решила не пытаться избегать случайных встреч. Карин обиделась за то, что я попыталась. А я просто хотела побыть одна. Едва ли понимала, что говорю. Что же, я это заслужила.

— Мама, — приветственно произнесла я.

Королева вздрогнула от неожиданности и обернулась ко мне, прежде чем ответить.

— Орфелана, — отозвалась она.

Мама смотрела на меня так, словно я чего-то от неё хотела. Словно по другому поводу я не могла к ней обратиться.

— Я подумала, будет чудесно, если мы разделим с тобой день, — сказала я. — Мы так давно не проводили с тобой время.

— Половина дня уже прошла, — заметила королева, однако отступила в сторону, приглашая посмотреть на сад с места, где только что стояла она.

— Спасибо, — прошептала я.

— А где Карин? Вы ведь неразлучны.

— Она тренировалась с Сэром Равалоном, когда я видела её давеча, — соврала я.

Вздохнув, мама предложила мне сесть. Нам было не о чем разговаривать, но я попыталась найти тему. Согреть начало разговора, как застывший мёд, чтобы он смог потечь дальше.

— Ты сегодня особенно молчалива. Что-то случилось?

— Что толку говорить, если никто меня не слушает, — проронила мама.

Мне стало стыдно. Я и вправду почти никогда не принимала в расчёт то, что, как птичка, щебетала мама. Даже когда она рассказывала что-то по-настоящему важное.

— Прости меня, — произнесла я. Ком подступил к горлу, и я в очередной раз просто расплакалась.

Королева с удивлением посмотрела на меня, не ожидая, что я умею плакать — я скрывала от неё свои слёзы с самого детства. С тех пор, как она говорила мне, что настоящие леди не должны никак проявлять своих эмоций. Леди должны сохранять достоинство в любой ситуации. Но сейчас она молчала. А я продолжала плакать, сгорбившись на каменной садовой скамейке. У меня больше не было ни на что сил.

И, совершенно неожиданно, мама обняла меня.

— Я не знаю, что у тебя на душе, милая, но вижу, что что-то серьёзное.

— Мир умирает, — проронила я. — И я ничего не могу с этим сделать!

— Но ты делаешь так много! — возразила она.

Я неверяще подняла взгляд на королеву. Она никогда мне не говорила таких слов.

— И всё это — суета на пустоши, — ответила я.

Вдруг со стороны ворот послышался шум. Рыцари и солдаты перекрикивались, ворота начали раскрывать.