Через Суть Сердца. Книга 1. Апокалипсис

Одной рукой в латной перчатке схватилась покрепче за стеклянный край, зажмурилась, а другой осторожно ударила по стеклу. Молоток соскользнул в бок и стукнулся о стол. На колбе при этом не осталось ни единой царапины. Тогда я поставила пустую банку из-под скверны на край и ударила молотком по ней — проверяла может, мне просто не хватило силы? Банка раскололась вдребезги.

— Чем ты тут занимаешься? — спросила Карин.

Подпрыгнув от звука её голоса, я уронила колбу. О неровный каменный пол та тоже не разбилась. Моя телохранительница кисло осмотрела пустую клетку Вайенти, разбросанные книги и инструменты, арбалет, валяющийся на полу, засохшую кровь слуги на плитке и латную перчатку на моей руке.

— Он всё, да? — проронила она, не осмелившись спрашивать о том, что именно произошло.

— Я не могла это больше выдерживать, — ответила я.

Карин кивнула.

— Ты сделала всё, что смогла.

— Просто убила его, — проговорила я. — Как какое-то животное.

— Рано или поздно это надо было сделать…

— …чтобы оно прекратило.

— Да.

Я уложила колбу в сумку, сняла перчатку и упала на свой стул. Масляная лампа, освещавшая кабинет, начинала затухать, но искать для неё топливо мне не хотелось.

— Я это, хотела извиниться, — пробормотала Карин, возя носком туфли по известковой линии на полу. — Я стараюсь присматривать за тобой, но получается, как будто я тебя каждый раз предаю.

— Да уж, — отозвалась я.

— Если тебе нужна какая-то помощь… любая… ты всегда можешь на меня рассчитывать.

— Не нужна.

Мне просто хотелось остаться одной, просто чтобы никто от меня ничего не ждал.

— Карин? — позвала я.

Ответа не последовало. Девушка ушла из лаборатории. Совершенно бесшумно. Я осталась одна в желтоватом полумраке. С улицы тянуло мясом, обжариваемым на открытом огне, и я осознала, насколько сильно хочу есть. Осторожно выбравшись в темноте из своего кабинета, несколько раз споткнувшись о книги и арбалет, я вышла на свет факелов.

Карин с королевскими гвардейцами и другими рыцарями сидела возле костра. Она даже не посмотрела на меня, и я тоже быстро отвела взгляд, не желая, чтобы девушка подумала, что я хочу поговорить с ней. Я понимала — надо, но была уже не в состоянии для разговоров. Будет ещё хуже, если я вдруг сорвусь на крик или в раздражении подберу неправильное слово. Пускай лучше так.