Подобна свету

Женщины рода, скоро скинув рабочую одежду, нарядились в длинные, цвета спелой пшеницы платья с вышивкой красными петухами на рукавах и горловине, подпоясались кожаными поясками. Лазурна, как старшая жена, надела бусы из голубых неровных камней, старшая жена Чтирада Сметная – бусы из бисера. В доме – гость, стало быть, хоть и не праздник, но и не простой день.

Пока старшие женщины занимались собой, остальные, a насчитывалось их в семействе еще семь, готовили угощения. Все, что было в доме, ставилось на стол: горшок гречневой каши, жирно заправленный медвежьим салом, студень из кабаньих ножек, зайчатина, вымоченная в меде и отваренная в молоке, лепешки из проса, соленые грибы и, конечно же, мёд.

Когда Гуснар пригласил гостей в дом, добротный стол был уже заставлен яствами. По двум сторонам стола стояли, скромно опустив головы, северянки. В первую очередь Нахаб подошёл к Лазурне. Он назвал её по имени и низко поклонился. Она ответила таким же низким поклоном.

«Откуда такое чудо у Лазурны? – Нахаб задержал взгляд на голубых с черными крапинками бусах.

Он знал цену такому украшению, даже для него она была велика. – Видать, и вправду Гуснар разбогател. Только что-то изба кой-какая, а жена в дорогих подарках балуется».

Подошел к Сметной. Последовали взаимные поклоны. Выказав уважение хозяйкам дома, Нахаб поклонился Роду[12 - Род – славянский бог, создатель мира и отец первого поколения светлых богов (боги-отцы), Причина всех Причин, основатель и сущность мироздания.] и Велесу[13 - Велес – славянский бог домашнего скота, зверей и богатства, второй по значению бог после Перуна.

], стоявшим на высоком, гладко обработанном чурбане.

«Неужели не мог божье место украсить? – удивление, a больше раздражение охватило Нахаба. – Церазиком[14 - Церазик – тонкая фигурная (полукруглая) стамеска, используемая в художественной резьбе по дереву.] поработал, a нет, так у кузнеца заказал оправу. Жене вон какие бусы преподносит, а к богу нет уважения. Одно слово – Лютый».

За стол сели только мужчины.

Нахаба посадили на место хозяина. Гуснар сел по правую руку. С левой стороны стола разместились два северянина, приехавшие с Нахабом, по другую сторону – Молк и Чтирад.

Почтительно отведав все угощения, выставленные на стол, Нахаб повел разговор о скорой весне, о тревожных сообщениях от пограничных северян. Гуснар, уважительно поддерживая беседу, ждал, когда гость перейдет к делу, ради которого пожаловал. Но Нахаб не спешил и продолжал говорить ни о чём.