Пропаданка в Чуфут-Кале

- Давай я сама решу где мне ее справлять!

Я спешно продела руки в рукава халата и, подвязав его поясом, спустилась по ступеням на землю. С вызовом посмотрела на солдата, решительно отстаивая свой интерес.

- Я Вас провожу, - откашлялся и, махнув рукой, повел в сторону соседнего строения.

В полумраке я едва могла различить тропинку, семеня за караульным, и когда он привел меня в тот самый отхожий угол, я все же не сдержала возгласа удивления.

- И это… ваш…, ваш…

- Нужник, - подсказал парень и нервным жестом поправил фуражку.

– Для офицерского чина есть другой, а мы, солдаты его Величества, тут справляем.

Солдат его Величества!? Чуть не заржала от его высокопарности, но побоялась, что надую прям в трусы. Спорить и возражать, как мне не нравится всё их обустройство, не осмелилась и даже пожалела, что не пожурчала в ночную вазу, как тот мужик.

Прямоугольное, грубо сколоченное строение с тремя скрипучими дверцами на выбор, со специфическими запахами – вот он их нужник. Однозначно в поле сходить было комфортнее, даже если при этом мой зад щекотали дикие травы.

А я, наивная, себе нафантазировала белый фаянс в поле и водопровод.

Послав недовольный и предупреждающий взгляд сопровождающему, решительно зашла в отхожее место. Было темно и страшно и я, идя на поводу природных инстинктов, быстро завершив свои дела, буквально выскочила наружу.

Парня не увидела, зато услышала мужские голоса за углом. Притаилась за кустом, прислушиваясь. Мужчины курили и огоньки от папирос мелькали возле их лиц, словно горящие мотыльки.

- Как думаете, поручик, а девица свободная или крепостная?

- А тебе что с того, Лёнька? Даже если ничейная, то тебе точно не достанется, - деловито изрек его собеседник и затянулся. – Ну сбежала из дома или мужа – найдут ведь ее и обратно вернут.

- А Вы что?

- А что я? Я извинился. Если она из барских, штраф выплачу. Если крепостная, вернем хозяину.

Я узнала во втором собеседнике Сташевского и мне показалось сожаление в его словах, будто он имел какие-то виды на подстреленную добычу в виде меня.

Сердце мое невольно пустилось вскачь. Слушая их диалог, с ужасом обнаружила, что они реально считают меня сбежавшей из родительского дома. Все окружающие вели себя весьма странно и никто не желал меня понимать или чего-либо объяснять.

Решив, что прятаться нет смысла, выбралась из тени дерева и окрикнула мужчин:

- Эй, а где мне можно руки вымыть? Умывальник есть?

Сташевский стоял ко мне спиной и, услышав мой окрик, резко обернулся.