Забытый путь в Джаннатабад

Пока эти, рыбоголовые до них не добрались.

- Будет исполнено, Ваше Величество, – бодро отчеканил секретарь и сделал пометку у себя в бумагах.

- Благодарю, Ваше Величество, – поклонился князь.

Император махнул рукой. Мол, не стоит благодарности.

- Полагаю, что вам, князь, понадобится картограф, - сказал Император. - Наносить на карту ваш путь. У вас уже есть кто-то на примете?

- Пока нет.

- И какая экспедиция без врача, - продолжал делиться своими мыслями Император. - Мало ли что по пути случится.

- Да, без врача никуда, - вторил Императору Чистяков.

- Конечно, - вынужден был согласиться Андрей.

- И, князь, возьмите с собой какого-нибудь ученого мужа. Пусть поедет с вами, опишет как следует, то, что ты там увидишь. Людей, зверей, камушки там всякие разные. Ну как Миневров, что по приказу бабки моей, всю Империю объездил.

- Это было мудрое решение покойной императрицы, – льстиво вставил Плещев.

- Конечно, мудрое, – достаточно резко ответил Император. – Заметки этого Миневрова до сих пор лентяи из Академии разбирают.

- Как скажите, ваше Величество, – сказал князь Черноводов. – Я найду такого человека. И врача. И картографа.

Император коротко кивнул, одобряя сговорчивость и понятливость князя.

- Как ваш отец, князь? Давно ничего о нем не слышал, – внезапно изменил тему разговора Император. Тон его голоса несколько изменился. Стал не таким резким и бодрым.

- Свежий воздух пошел ему на пользу. Ему значительно лучше. На зиму отец перебрался в город, но гостей не принимает, – ответил Андрей.

- Я рад, – Император похлопал князя по плечу, а потом перевел взгляд на своего секретаря. – Плещев, что у нас дальше?

Князь Андрей остался в кабинете один. Он с самого начала не сомневался, что Его Величество одобрит его экспедицию. Однако до момента, когда Император сказал на экспедицию свое веское и решительное «целиком и полностью одобряю», она была всего лишь идей.

Князь вернулся в свою комнату в казармах. Старший брат Андрея, Виктор, каждый раз при встрече предлагал переселиться в его городскую усадьбу, уверяя, что для него там найдется тихое и удобное место, где его не будут донимать многочисленные племянники. Однако Андрей предпочитал жить самостоятельно. Скромность жизни в казармах его более чем устраивала.