Остров жизни

Возгласы одобрения поднялись под потолок и пронеслись мимо старого комода с рукотворным кривым узором, за который Зое в своё время оборвали уши. По дощатому полу, сквозь гардину и на кухню, где Марта безустанно кропотала над похлёбкой и кашей.

Даже Обэ, чей двор Огнёвка больше пяти лет обеспечивала молоком, и тот оказался согласен.

– Вот-вот, – подтвердил земледелец, и голова его забилась будто пестик в колоколе. – Мужика ей надо! Где это видано, чтоб пятнадцатую зиму баба без мужика коротала?! Откуда ж разум-то возьмётся?

– Она таким разом старой девой у тебя останется, – озвучил то, о чём другие предпочитали молчать, Понс, и по лицу его сына расплылась улыбка.

Скрежет. Резкий и режущий слух. Это вилка, ранее без особенного воодушевления гуляющая меж варёных морковок, нашла, наконец, себе жертву. Волосы на шее хозяина дома начали вставать дыбом.

– Она слепая получается? – произнёс Ивес, не разжимая челюсти. – Ты это сказал, или я что-то там недопонял?

Фалкет и Коум, которого интересовал, казалось, лишь кувшин, непонимающе переглянулись.

– Чего? – Именно этот вопрос ясно читался на их лицах ещё до того, как он был озвучен.

Раздражённый взгляд.

– Огнёвка, говорю, где?! Косой фунтов мяса, его в карман не сунешь и под юбкой не унесёшь!

– А это у вас спросить надо! Она заснула, а корова та и ушла!

Коум, пользуясь отсутствием супруги, уже позволил себе. Он вяло поднял руку. Выпрямил указательный палец и беспорядочно им помахал.

– Не-не. На подходе она точно была. На сливках смола ещё липкая.

– Значит, вы и стащили, – не стал ходить далеко за решением Обэ. – На что угодно поспорить могу, – спустись в погреб к вам, и сразу найдётся пропажа.

Ивес резко поднялся, и тарелка с варёной морковью полетела на белую скатерть.

– Что-что? Это я, получается, ещё и вор?!

– А разве нет?! – последовал его примеру Обэ.

– Молчать!

Опустившись на застеленный стол, тяжёлая ладонь заставила посуду вздрогнуть.

Фалкет пробормотал что-то, привлекая внимание. Рыбак делал это уже не раз, и когда разгорался спор, и до этого, но его просто не замечали. Наконец, решив что-то для себя, старик повысил голос.

– Рыба пропала, – произнёс он. Произнёс не настолько и громко, но уже спустя мгновение все взгляды были обращены к нему. Не чересчур ли много внимания?

– В Роне.