Призраки руанского замка

- Поручитесь ли вы мне, что я выслушаю мессу, если буду в женском платье? – лукаво, но одновременно серьезно, спрашивала Жанна.

- Я ручаюсь, - отвечал он, - что как только вы оденете женское платье, как вас сразу допустят к мессе.

- А если я поклялась нашему королю не снимать мужского платья?

Так они спорили, забрасывая крючки, то с одной, то с другой стороны. Но, наконец девушка покачала головой, и с сожалением сказала, что просит допустить её до мессы в мужском платье, а нарушить свою клятву она не в силах.

Жан де ла Фонтен понял, что к данным обещаниям она относится очень серьезно, и перешел к другим темам.

Одной из них был краеугольный камень всего процесса, в который Кошона, о чём ла Фонтен не знал, тыкал и Призрак, и на который напирал он сам.

Как отличить ангела, явившегося человеку, от демона?

Вопрос, в целом – неразрешимый. Ангел должен быть светел, прекрасен и благостен, а демон – пахуч, вонюч и волосат. Но что если это очень хитрый демон, глубоко законспирированный? Благость же – понятие относительное – что для одного зло, то для его соседа добро.

«Она просто верит, - с какой-то странной тоской думал ла Фонтен, - просто верит, что мир добр к ней. Что святых можно распознать по благому свету и приятному запаху, что если кто-то назвался тебе архангелом Михаилом – то это он и есть. Это наивно, просто, глупо – но в этом она черпает силу и уверенность. Может вот тот идеал, который закладывает Господь? Просто верить».

Ей показалось, что с последнего допроса советник ушел каким-то подавленным. На завтра он не вернулся, и девушка весь день провела одна, гадая, что же случилось. Вернулся де ла Фонтен только в субботу.

- Ну, дева Жанна, - сказал он со странной грустью, - сегодня видимся в последний раз. Вопросов, правда, будет много, но на этом всё – допросы кончатся. Оставим тебя, насколько это возможно, в покое.

- Я не тягощусь нашим общением, - ответила девушка. – Спрашивайте, что вам велено.

Слова де ла Фонтена посеяли в ней одновременно надежду и страх. Она была почти уверена, что в её ответах нельзя найти что-то предосудительное, и если она не попадётся в ловушку сейчас, то всё будет хорошо.

Но если кончаются допросы, значит начнётся ординарный процесс – непосредственно суд. Как долго он продлится? Успеет ли Призрак?

Взволнованная этими мыслями она начала отвечать. Вопросы в этот раз шли как-то невпопад, перескакивая с одной темы на другую.