Комиссар

- Что такое? – заметив недовольство отца, спросила Ольга. – Он повёл себя недостойно?

- Не знаю, - неопределенно повел плечами отец. – Нам приказ дали: не подчинятся – открыть огонь. Он стрелять не стал, всё увещевать их рвался.

- Разве это плохо?

- Я сам не сторонник кровопролития, доченька, но пойми, мы ведем тяжелую войну, а тыл разваливается. Мне самому жалко рабочих, да что там, - отец неопределенно махнул рукой, - даже убогих этих грязушей жалею, но нельзя миндальничать, когда Отечество в опасности.

Он гвардеец, элита войск, гордость самого Государя, должен уметь перебороть сострадание, когда того требует обстановка. Вместо этого колеблется, не знает, как себя вести.

Отец вздохнул, перевел взгляд на часы.

- Ранили его. Лучшего фехтовальщика академии одолел простой рабочий!

Услышав это, Ольга побледнела.

- Да не пугайся ты, ничего страшного. По голове огрели, а он даже защищаться не пытался. Зарезал грязуша, застыл над его трупом и стоит, смотрит, как тот подыхает. «Товарищ» со спины к нему подкрался и приложил.

Не окажись Сергея Салтыкова рядом, убили бы. А я ведь знаю Кирилла, у него ушки на макушке, он не мог не заметить подлеца, но это убийство, его первое убийство, что-то в нем надломило. Как бы не потерять парня. Ты уж поговори с ним Оля, он тебе верит, всё расскажет. Разговор мне передашь, подумаем, решим, как поступить. А вот и он!

В коридоре появился мужчина лет двадцати с перебинтованной головой и отсутствующим выражением лица. Ноги переставлял механически, смотрел куда-то вдаль, выглядел растерянным.

- Кирюша! – испуганно выкрикнула Оля, вырвалась из объятий отца, побежала навстречу своему возлюбленному.

Звук ее голоса словно бы вернул Кирилла на бренную землю, он посмотрел в выразительные карие глаза Оли, заметил непослушный светлый локон, зигзагом упавший на белый гладкий лоб девушки, зарумянившиеся от волнения щеки, наряд, который она надевала только по праздникам.

- Куда же ты так вырядилась? – удивленно спросил он, когда Оля крепко обняла его, продолжая стоять столбом.

- Я с бала приехала, не могла отказать Анастасии Михайловне. Но когда узнала, что вас отправили в трущобы подавлять бунт, мигом сюда примчалась.

- Это ты с ночи здесь? – спросил Кирилл, снова устремив взгляд вдаль.

- Да, Кирюша, - Ольга отстранилась, посмотрела на бинты на голове Оболенского. Нежно коснулась их рукой. – Больно?

Кирилл ответил не сразу – казалось, он ее не услышал.