Превзойти себя самого. Том 1

— Залезайте, пока ваше место не занял мой кот.

Сказано это было таким назидательным тоном, что невольно складывалось впечатление: сереброволосый мужчина даёт по-настоящему ценный совет. И если ему не последовать как можно скорее, у Цайхуа и Чэньсина не останется шансов разместиться в повозке. Наглый кот, размером с приличную тыкву горлянку, попросту растянется на всю скамью, не оставив и цуня свободного места. Прогнать же обнаглевшее животное не сможет никто.

— Почему мы не полетим? — одновременно задали вопрос девушка в чёрном и юноша в алом и, чуть смутившись, также синхронно друг от друга отвернулись.

Стоящая за их спинами цветочная фея не сдержала весёлой усмешки.

— У тебя нет оружия, мальчик мой, а ты ещё задаёшь такие вопросы, — обратился бессмертный к своей новой ученице. — А ты, что же, — он перевёл взгляд на Чэньсина, — готов всю дорогу тащить его на мече? И не смотри на меня так, это не мои проблемы. Если б летели, с ним возился бы ты.

Лунху Чжао решил не рассказывать о своём споре с главой школы Ли.

В основном потому, что его самолюбие было задето. Бессмертного, привыкшего поступать именно так, как ему заблагорассудится, и не считаться с мнением других просветлённых, пусть они хоть сто раз будут главами всех школ вместе взятых, впервые ограничили в действиях. Если б об этом узнали его подопечные, самолюбие учителя Чжао вконец бы покрылось глубокими трещинами.

— Я с учениками улетаю в Ли. Надо начинать тренировки, а не болтаться неделю без дела, — нахмурился он в ответ на заявление Лунху Ифэя, что в этом году они будут использовать транспорт.

— Если ты это сделаешь, я вас оттуда вышвырну. Лети сам, если хочешь, но эти малявки обязаны подчиняться слову главы, — высокомерно процедил Лунху Ифэй. — Я не позволю тебе вносить хаос в их дисциплину.

Чжао собирался демонстративно запрыгнуть на меч и улететь, послав Ифэя с его глупыми требованиями далеко и надолго, однако в душу успело закрасться плохое предчувствие. Бессмертный мог игнорировать всё, что угодно, но только не свои ощущения, которые обычно имели свойство сбываться.

Охваченный беспокойством за учеников, он, скрепя сердце и наступив на собственную гордость, принял решение остаться с ними.

— И почему я всё ещё твой ученик? — недовольно фыркнул Чэньсин и первый запрыгнул в повозку, позволив двум девушкам проститься наедине.

Пальцы Юцин коснулись плеча лучшей подруги так невесомо и осторожно, как тополиный пух оседает на землю: на пару мгновений и лишь для того, чтобы снова взлететь.