Проклятье замка Кужигай

Вацлав холил и лелеял любимое детище, украшал его роскошной мебелью, дорогими коврами, искусными гобеленами, мраморными статуями. В углах комнат находились резные камины, но они служили исключительно для декоративных целей. Для отопления в замке использовался пар. Нагретая слугами в подвалах вода по трубам поступала в стены замка, обогревая его. Под толстым стеклянным полом в парадной располагался огромный аквариум с золотыми рыбками, чьи чешуйки искрились и переливались в ярком свете огромной бронзовой люстры с тысячью свечами.

Во дворе замка были устроены клумбы с экзотическими цветами. Вдоль главной аллеи садовники выстригали из живой изгороди фигуры мифических животных: химер, единорогов, левиафанов, грифонов и сфинксов. По бокам соорудили фонтаны, украшенные статуями античных богов.

Вокруг замка разбили грандиозный английский парк с серебристыми елями, белыми пихтами, стройными соснами, изумрудными лиственницами, тонкоствольными березами и могучими дубами. Тропинки кружили вдоль аккуратных прудиков с карпами, лесных ручейков, покрытых густым вереском болот, вели к залитым солнечным светом полянам с душистым разнотравьем и ароматными дикими ягодами.

Однако после смерти Вацлава его любимое детище лишилось заботливой отцовской руки и начало потихоньку приходить в упадок. Потомки Цагловских оказались не в состоянии следить за столь масштабным сооружением и поддерживать в нем порядок. В ходе бесконечных государственных потрясений, восстаний и войн, на которые оказался столь щедр для этой земли девятнадцатый век, древний шляхецкий род потерял былое могущество, растратил накопленные за долгие годы богатства и угасал в медленной агонии вместе с собственным маентком.

Каменные стены замка начали ветшать. Кое-где осыпалась штукатурка. Разрушалась лепнина на фасадах, уступая беспощадному натиску времени. Заброшенный парк разросся и слился с диким дремучим лесом на границе владений Цагловских. От пышного великолепия осталось лишь двенадцать стройных башенок замка, до сих пор горделиво высящихся над Кужигаем, видных из любой, даже самой отдаленной его части.

Антон отнес женщину в одну из пустовавших комнат на втором этаже, внимательно осмотрел ее и оказал необходимую помощь. Смывая с рук кровь в холодной воде, он посмотрел в окно. Буря стихла. Накрапывал мелкий дождь, но вдалеке в просветах между тучами выглядывало алое закатное солнце, окрашивая небо в теплый апельсиновый цвет.