Тусклый Свет Фонарей

Я, как и было велено, тоже отошёл, и не видел, что он там делал, но заняло это столь много времени, что вокруг стали шептаться о том, что сгущаются сумерки и того и гляди скоро вернется вода. То ли мастер Ванцзу к тому моменту покончил со своим делом, то ль услышал эти опасения, но вскоре он поднял ткань с завернутым в неё предметом, приказал осмотреться ещё, а мне и нескольким другим из сопровождающих знаком велел следовать за ним.

В его палатке намокший шёлк развернули, а оказавшийся завернутым в него меч уложили на походный стол.

Даже пролежавший в воде день или два он нисколько не пострадал, и выглядел прекрасно и величественно: крепкая по виду сталь, рукоять из молочно-зеленого нефрита, украшенная лазуритами и бирюзой.

«Глазам своим не могу поверить!» – пробормотал кто-то. Мастер Ванцзу сделал ему знак рукой, чтоб он замолк, а сам подозвал слугу сяня Сивэй и спросил его, тот ли это меч, что они забрали из обители. Слуга взял фонарь, осветил им меч, осмотрел его и так, и эдак и подтвердил, что несомненно тот.

– Ты видел его своими глазами, когда вы забирали его? – недоверчиво переспросил мастер Ванцзу.

– Да, сянь. И это совершенно точно он.

Все с недоумением посматривали на моего начальника, и один из собравшихся даже спросил, всё ль так, как должно быть. Мастер Ванцзу неуверенно кивнул, но затем твёрдым, как и прежде, голосом велел всех выводить из реки и готовиться утром возвращаться в столицу. Остальные радостно поспешили выполнить его поручение. Слуге цзими гувэня же он приказал достать новую чистую ткань, достойную и хранения столь ценной реликвии, и попадания на глаза государю.

Сам он тут же вышел из шатра, а я последовал за ним и шёпотом спросил:

– Что-то не так, как должно, с мечом, мастер?

– Не знаю, не знаю. Быть может, я просто слишком стар стал и не вижу того, что положено. И, коль ты мне и впрямь друг, более меня об этом не спрашивай.

С этими словами он отмахнулся и пошёл проверять, надлежащим ли образом исполнены были его приказания, а я без дела прохаживался по берегу.

Когда ж глаза перестали видеть что-либо во тьме на другом берегу, вода, журча и плескаясь, вернулась в реку. Вскоре после того мы с остальными поужинали и легли спать.

Наутро мастер Ванцзу провёл первые благодарственные ритуалы, возжег благовонные курения, вылил в реку целую бутыль отменного рисового вина и высыпал целую миску риса. После этого, обещая духам дары и сверх этого, он завершил обряд и приказал оканчивать приготовления.