Так горек мёд

Но только одну, Зоэ!

– Спасибо, бабушка! – просияла девчонка и выбежала в солнечное утро, размахивая горшочком с таким энтузиазмом, что можно было всерьёз опасаться за его целостность.

Старуха проводила внучку взглядом, а после обратила всё внимание на таинственного покупателя.

– Что ж вам надо, господин, если не любовный сбор и не снотворное?

– Пожалуй, я и сам точно не знаю, – усмехнулся герцог Дефоссе. – Вот с тобой и посоветуюсь. Только дверь надо закрыть… Гиш!

– Слушаюсь, господин.

Телохранитель, оставаясь снаружи, закрыл вновь завопившую дверь и отрезал травницу и её клиента от себя и от солнца.

В лавке стало ещё темнее, словно мрак осмелел и выполз из задней комнаты и из всех углов и щелей.

– Мне нужны, – негромко начал герцог, – такие травы, которые безопасны для человека, не убьют его, но заставят тревожиться. Один близкий, очень близкий мне человек… Скажем так, преступно беспечен. Было бы неплохо, если бы он начал беспокоиться о своей безопасности. Может, если он начнёт видеть плохие сны, то усилит свою охрану?

Старуха помолчала, перебирая чётки, висевшие на поясе.

Она использовала их для подсчёта времени, пока варила зелья, но порой перебор палисандровых бусин помогал сосредоточиться и выиграть время – вот как сейчас. Конечно, она не поверила гостю. Такой не станет беспокоиться о ком-то ещё, скорее, прирежет в тёмном закоулке. Но тогда зачем ему средство, которое насторожит вероятную жертву? Ответ не находился, и Силин Дюбуа всё же решилась.

– Сделаю, господин.

К вечеру и будет готово.

– А сейчас нет? Не хотелось бы… – герцог замолчал, подбирая слова.

– Понимаю, господин, – подхватила старуха. – Соседи у меня не самые добропорядочные, это верно, никто не захочет к ночи оказаться на Петушиной улице. Так можете завтра кого из слуг прислать. Вот, пусть это мне отдаст, я буду знать, что от вас пришёл. Он мне – бирку и плату, я ему – зелье. Бутылёк вам в два солида(10) обойдётся, на пару седмиц хватит, а там и опять пришлёте слугу.

Дефоссе принял деревянную толстую пластинку с выжженным на ней знаком, похожим на осьминога; ни буква, ни число…

– Я не ошибусь, господин, дам нужное, – твёрдо пообещала старуха.

– А прочим и знать ни к чему, кто и что заказал, верно ведь?

– Верно. Готовь зелье, завтра поутру пришлю Гиша. Заодно дай ему… снотворное, что ли. Плохо сплю, – мужчина оскалился в ироничной ухмылке.

Не прощаясь, Блез Дефоссе развернулся и покинул пыльную лавку с её сводящей с ума какофонией запахов.