Буйная прогулка

Имеете ли вы,герр Лампрехт какие-либо претензии к присутствующим здесь господам Шмидту и Лемке?

--Да вы что, господин судья! Я им благодарен даже… А вдруг бы я по пьяному делу обидел кого?

--В таком случае, закрываю дело за отсутствием состава преступления.

Фюсхен бросается на шею Лемке, Цисхен неодобрительно поджимает губы.

Через несколько минут свидетели и бывшие подследственные вываливаются из зала, судача о том, как удачно Карл приложил Лампрехта – теперь нет нужды это скрывать. Похоже, удар вправил ему мозги, никогда Лампрехт так прилично себя не вел… а может он прикидывается, и новую пакость готовит? Самого Лампрехта, чтоб спросить, с ними нет – он задержался, чтоб подписать бумагу насчет отзыва обвинения.

Фрейлейн Лилиенвальде не была в суде – зачем? У нее есть более важное дело, и она в печали. Ее покинул верный друг, спутник и слуга, которого она мнила частицей себя, но верно, ошиблась. Так или иначе, ей не составила труда перенести душу Селига в тело Лампрехта. Никакого сопротивления она не встретила.

Что ж, Селиг хотел стать человеком – он им стал. Теперь он обрел свободу воли, которую алкал, а фрейлейн надобно позаботится о том, чтоб скрыть тело дракона. Он остался лежать в глубокой горной пещере, но после того, как душа покинула его, следует превратить дракона в камень, чтоб никто его не потревожил, и слухи не поползли по окрестностям.

Прежде , чем начать колдовать, она опускается на колени, и с печалью проводит по голове дракона, касается сложенных крыльев.

--Фрейлейн! – окликают ее.

Печаль не позволила канониссе услышать, как в пещеру вошел человек. Она поднимает руку, чтобы поразить его громом… но в последний миг останавливается и оборачивается взглянуть, кто смел ее тревожить.

Это Вернер. Правильный и положительный малый.

--Я знаю, что высделали, -- тихо говорит он. – Это ведь не Лампрехт… это ваше колдовство вселило в него драконову душу.

--Как ты догадался? – перед телом дракона она не видит смысла отрицать. –Или…

Он кивает.

--Мы с Карлом с малых лет вылезали на крышу посмотреть, как вы летаете.

--И что, все дети знают? – после паузы спрашивает она.

--Почти все знают… но как становятся старше, почти все и забывают. Карл вот забыл… А я нет.