О чём молчат рубины. Книга 2.

Радоваться надо: одной христианской душой больше будет! А там, глядишь, Господь всемогущий за христианскую душу и вступится?..

А Марциан уже отдавал с порога распоряжения. И, кажется, я услышала дробный стук копыт, когда один из рыцарей, кажется, Ульрих, умчался в сторону ближайшей церкви искать священника.

Таркуиния небольшой городок, и уже через полчаса священник торопливо готовился к таинству крещения, прямо в трактирной комнате. Ещё через полчаса Андреас стал католиком.

Честно сказать, это был трудный случай для священника. Андреас то приходил в себя, то опять терял сознание, иногда отвечал на вопросы священника, запинающимся, слабым голосом, иногда начинал бредить, и тогда священник смиренно дожидался очередного просветления, но мы все стали свидетелями, что Андреаса крестили! Крёстным отцом стал сам брат Марциан, крёстной матерью – жена трактирщика.

- Я уезжаю с лёгким сердцем! – шепнул мне на прощание Марциан, – Во всяком случае, душа Андреаса спасена.

Сам Андреас, после такого напряжения сил, лежал в глубоком обмороке.

- Поезжайте, – согласилась я, – Помогай вам Бог!

Через узкое окошко, затянутое бычьим пузырём, я видела, как отряд крестоносцев выехал из трактира и запылил по дороге. И каждый, оборачиваясь, осенял трактир крестным знамением… У меня опять слёзы выступили. От умиления.

- А ведь, кажется, получилось! – раздался с кровати голос.

* * *

- А ведь, кажется, получилось! – обрадовался я.

- Бредишь… – вздохнула Катерина.

- Да, нет же! – я рывком сел на кровати, – С чего бы мне бредить? Мне надо было отстать от крестоносцев, я и отстал! Правда, я думал, меня просто бросят в трактире, или оставят одного из оруженосцев. Тогда пришлось бы дождаться, пока он заснёт и как-то потихоньку исчезнуть… но получилось, как получилось!

- Подожди! – Катерина схватилась за сердце, – Так ты, что, не болен?!

- Пф! – насмешливо сощурился я, – А ты разве не догадалась? Я же предупреждал, что мне нужно к авиньонскому папе.