Милоа – спасители Эбери. Книга 3. Милоа-возлюбленная

Тем более, этот шаг был для меня куда более реализуем, чем для всех тринианцев — я раскрыла тайну аномалии, и жрецы Милоа готовы были отправить меня домой.

Так почему же я не ушла? Если не сразу, то хотя бы после того, как передала все сведения в Триниан? Почему не воплотила в жизнь самую заветную мечту восточных Милоа?

Возможно, потому что на самом деле не хотела уходить? Несмотря на опасность положения, пережитые горести и обиды, тайны и интриги текущая жизнь стала для меня ценнее, чем возвращение домой?

Покачиваясь, я встала на ноги и отошла от очага.

Открыла деревянную дверь, ощутив прикосновение холодного воздуха, тут же ворвавшегося внутрь.

«Так чего же хочу я сама, для себя лично? — я оглянулась на Юири, наблюдавшую за мной. — Хочу ли я, чтобы мы стали одной семьей? Чтобы мои земли процветали? Чтобы у нас с Амирошем все сложилось, и когда-нибудь нашими объединенными каганартами стали управлять наши дети? По крайней мере, я точно знаю, что уже не смогу отказаться от власти, от каганарта, от его людей.

Прошли годы, и Эбери поглотил меня. Так же, как и Мефодия, и многих тринианцев. Когда я приду и расскажу им правду, когда провожу к Порталу, многие ли на самом деле захотят уйти?»

Ответ был для меня очевиден. Генерал Алесандер, глава тринианского правительства Айм, моя отважная подруга Энабел, столько пережившая на Земле — никто из них не поступится теми возможностями, которые несет им жизнь на Эбери. Как и я.

Меня ожидал еще один эмоциональный толчок, как будто сердце на миг сбилось с ритма.

Сколько времени я провела, будто проживая чужую жизнь, упуская при этом отведенное мне время!

Хотя, конечно, ничего не упущено. За последние годы мои земли поднялись и расцвели, меня стали узнавать и восхвалять во всех, даже самых отдаленных селениях. Милоа чувствуют себя под моей защитой, хранители успокоились, считая меня своим козырем в случае разлада с императором. Я многое узнала и поняла. А теперь следует идти дальше.

— Нет, я не проживу свою жизнь в одиночестве, — улыбнувшись, сказала я Юири.

— Значит, мой брат может на что-то рассчитывать? — хитро сощурив глаза, спросила та.

— Только если окажется, что его решение основано больше на чувствах, чем на политике, — твердо ответила я.

Когда прибыл гонец от Амироша, мы с Юири играли в настольную игру. На улице шел дождь, и посланник промок до нитки. Марита распорядилась устроить его в тепле и быстро просмотрела врученные ей свитки.