Милоа – спасители Эбери. Книга 3. Милоа-возлюбленная

— Где сейчас Атамурлан? — спросила я, когда Юири с Амирошем закончили рассказ.

— Общается с Советом Триниана в Вегарде, мы сами только недавно оттуда, — охотно поведала Юири. — Предводители были так удивлены, когда узнали от тебя, что император вырос на Земле, а потом еще больше удивились, узнав, что он находится прямо здесь. Но, надо сказать, главу Совета Энабел непросто выбить из колеи. Она сразу просчитала возможную выгоду от сотрудничества с нами, и все эти дни то развлекает Атамурлана, показывая окрестности, то предлагает все новые совместные проекты.

— Я бы хотела переговорить… с ними обоими, — сказала я, при этом почувствовав, как волнами накатывается усталость. Кажется, это не укрылось от проницательного Амироша.

— Для начала, каганетта, я приглашу лекаря и прослежу, чтобы вам назначили лечение. И только потом мы вернемся к разговорам о политике, — отрезал он, вставая.

Юири поднялась с кресла вслед за братом. Я обреченно вздохнула — если каганетт что-то решил, перечить ему не было смысла.

Как оказалось, за эти годы медицина в Триниане не стояла на месте — помимо обычных трав и припарок недавно в массовое производство пошли первые антибиотики, которые, в числе прочих антисептических и антибактериальных препаратов, способствовали моему успешному выздоровлению. Единый Ву ведает, выжила бы я, попади в мою кровь инфекция, против которой еще не изобрели серьезных препаратов.

К счастью, рана оказалась ровной и неглубокой, и обещала оставить после себя шрам поперек трицепса, которым я наверняка еще гордиться буду. А вот кровопотеря вкупе с истощением в течение нескольких дней до этого нанесли куда более серьезный вред здоровью, и прошла не одна неделя, прежде чем я полностью восстановилась. Зато на тумбочке у моей кровати я обнаружила свой амулет — ладошку Единого Ву. Как оказалось, Энабел действительно навещала меня в первые дни после битвы и решила вернуть талисман, надеясь, что он поможет мне поскорее исцелиться.

От принесшей горячий суп служанки я узнала, что в доме после битвы восстанавливаюсь не только я. У себя в спальне все еще без сознания лежал Алекс, и за его состояние тринианские лекари опасались куда больше, чем за мое.

Остальных раненых тринианцев определили в военный госпиталь.