Милоа – спасители Эбери. Книга 3. Милоа-возлюбленная

Да и опыта в подобных делах у нее было явно маловато.

— Поговорим об этом завтра. Обстоятельства могут меняться быстро, и нам придется действовать по ситуации, поэтому нет смысла решать сейчас, — не стала давать прямого ответа я.

Сон едва не сморил меня до ужина. Да и после него я быстро уснула. На дежурство меня не разбудили, хотя я бы не стала возражать. Воительницы стояли на страже по двое, и я чувствовала себя в полной безопасности, зная, что они не пропустят и мухи. Еще две сестры устроились ночевать рядом с лошадьми.

Ночью мне приснился странный сон. Яркий и навязчивый, он почти сразу забылся после пробуждения. Я помнила лишь вспышки огня, привязанного к столбу Амироша, а рядом с ним — огромный светящийся Портал, будто бы ведущий на Землю. Я знала это, и все же ужасно боялась в него войти.

С утра я проснулась от приглушенных голосов воительниц. Они готовили завтрак. Солнце уже поднялось, но еще не успело уйти далеко от линии горизонта.

— Сегодня надо добраться до поста дозорных, а если там никого не окажется, то выйти на тропу, ведущую к городу, — сказала Баска.

— До поста дозорных я вас проведу напрямик, а вот дальше нам лучше идти окольными путями, — поделилась мыслями я. — Мы должны иметь преимущество хотя бы в виде эффекта неожиданности. Мне совершенно не хочется, чтобы отряд оффаров или разведчиков застал нас врасплох.

— Жаль, нам нельзя оставить где-нибудь лошадей, тут они станут скорее обузой, — вздохнула Сиза, сидевшая рядом со мной.

— Время важнее, поэтому лошади нам пригодятся. А в остальном положимся на удачу, — заявила Баска.

Спорить со старшей воительницей никто не стал.

Свежий воздух бодрил, вода во флягах нагрелась на солнце, и умываться было приятно. И все же каждый час, проведенный в Триниане, ощущался мной, как тяжелый удар молота по наковальне. Вот уже второй рассвет в этих горах, которые кажутся одновременно родными и чужими, близкими и далекими. Так бывает, когда встречаешь друга детства, с которым не виделся много лет — вроде и узнаешь знакомые черты, но все новое в нем невольно настораживает, вызывает недоверие.

Мы двигались быстро и при этом как можно более бесшумно. Выбрались из ущелья, оседлали лошадей, но большую часть пути проделали пешком — слишком узкие и опасные тропы вели к дозорному посту.