Милоа – спасители Эбери. Книга 1. Милоа-разведчица

Он импровизировал на ходу, но успешно помогал местным воякам – к счастью, они пока обращались только с порезами, мелкими ранами и ушибами, обработать и перевязать которые не составляло труда. Зато самого Мефодия, как врача, быстро стали ценить и уважать. Он же, понимая, что в случае более серьезных заболеваний его знаний явно не хватит, старался наверстать упущенное в дворцовой библиотеке. За компанию и мне приносил немало интересных книг. Я заставляла себя читать как можно больше. Даже когда окрепла достаточно, чтобы ходить, большую часть дня проводила за столом или в постели, читая.

Боялась, что кто-то из офицеров заметит меня и решит мою участь по-своему. Или же надеялась, что обо мне попросту забыли, и чем дольше я остаюсь незамеченной, тем лучше.

Следуя своим мыслям, я пришла к выводу, что в моем положении я могу сделать две вещи: либо незаметно втереться в доверие к прислуге и начать помогать им, став членом обслуживающего персонала, либо бежать.

Но бросить Мефа одного мне казалось кощунством, пускай мы и не были друзьями. К тому же я опасалась, что он расскажет имперцам о своем происхождении. Пожалуй, это единственное, о чем я напрямую просила его, – держать рот на замке. Он, кажется, воспринял эту просьбу, как какую-то глупость.

«Они признали во мне врача с севера, смысл мне им рассказывать какую-то ахинею о другой планете, когда они свою-то толком не изучили?» – ответил он пренебрежительно.

Несмотря на это, я оставила мысль о побеге. Слишком велик риск быть пойманной и слишком свежи воспоминания о том, как обращаются имперцы с пленниками. Мне еще повезло, что волею судьбы я вдруг оказалась в офицерском корпусе на правах то ли гостьи, то ли важной пленницы. Во всяком случае, служанки были со мной вежливы. Я все пыталась понять, что они обо мне думают – считают ли дикаркой, о которой им приказано заботиться, дочерью какого-нибудь офицера или почетной гостьей? По виду я больше походила на дикарку, но, судя по отношению ко мне прислуги, никакой брезгливости они не испытывали.

Моя комната располагалась в одной из башен резиденции, перестроенных под гостевое крыло. Встав на ноги, я стала исследовать эту часть здания, стараясь выходить в такое время, когда в нем находилось меньше людей.