Пират и княжна

— В свете услышанного, вся эта ситуация кажется мне нестоящей, чтобы рисковать тем хрупким миром, что установился между Донлером и герцогскими землями.

— Да что ты понимаешь! — обозлилась мадам Бизрэ. Черты лица ее заострились, а улыбка приобрела зловещий оскал. — Ее отец казнил мою родную сестру! А кузину, которая могла вот уже сколько времени сидеть на троне, заставил скрываться! Кем бы я была, если бы еще и Натаниэля оставила игрушкой для этой мелкой правительницы. Сколько ей лет? Она не выросла с тех пор, как я ее видела, ни на четверть фута.

— Довольно, — строго оборвал ее Леонардо. — Не будь мелочной, тебе это не идет.

Напряженное молчание воцарилось в комнате, и только перья в высоких вазонах продолжили шуршать от легкого сквозняка.

Некоторое время оба молчали, пока мужчина не сдался первым:

— Я передам герцогу твое пожелание. Но ничего не обещаю.

— А ты добавь к сказанному, что в моем распоряжении есть не только «мечи», которые мы умело воспитали, но и грабли, серпы и молотки простолюдинов, готовых восстать за идеи Паноптикума.

Или ты думал, архикнижники зря тратили дни и ночи, копируя трактаты магочеев?

— Неужели ты думаешь, найдутся такие сумасшедшие, которые поверят в эти бредни? — Представитель Вайлштайнов не спешил сдаваться.

— О, я тебя умоляю, — хохотнула мадам Бизрэ. — Умных людей мы обходим стороной, не тратя времени зря, а вот глупцов, готовых верить во всякие бредни, мы привечаем с особым радушием…

И сказано это было так убежденно, слащаво, приторным голоском, что Леонардо еле удержался от желания поскорее смыть с себя липкое, противное оцепенение, заползающее в душу от одного только взгляда на эту женщину.

Громкий вдох — громкий выдох, и дядя Эфайно провел рукой по волосам, чтобы спрятать за этим жестом желание ударить собеседницу. Обычно он не бил женщин и никогда не понимал подобное аморальное поведение, которое считал недостойным, но в этот раз выдержка ему чудом не изменила.

В этот раз он окончательно уверился в том, что подобная встреча станет последней. По крайней мере, он искренне на это надеялся, о чем и хотел поскорее признаться брату, а заодно попросить больше не отправлять его в объятья мадам Бизрэ даже с целью выведать ее планы.

— Хорошо, — Леонардо скупо кивнул, — я передам все в точности, как ты сказала.