Семена магии - 2

– Нет, идти в порт не надо. Там тебя будут искать в первую очередь, – разволновалась женщина и потянула его за руку, – Пойдём, я быстро доведу тебя до полиса.

Они стали быстро уходить от побережья и довольно скоро оказались на афинских улицах.

– Спасибо, без тебя я бы и не подумал, что в Афины можно пройти таким путём. – стал прощаться Евпл.

– Мне нельзя возвращаться, – сказала спутница, – Кто-то наверняка слышал нашу ссору и мои крики. Меня могут обвинить в убийстве.

– Если ты знаешь, в какой гостинице можно переночевать, то я сниму комнату и для тебя.

Женщина помолчала, а затем кивнула и повела куда-то дальше. Не прошло и получаса, как Евпл уже расплачивался с хозяином какого-то постоялого двора за две комнаты.

– Я собираюсь ужинать, присоединишься? – спросил он.

– Да, спасибо.

Вскоре они ели кролика, тушеного с овощами и запивали местным вином, которое парень сравнил с дешевым разбавленным пойлом. Разносчица настаивала, чтобы постояльцы попробовали чудесное местное блюдо – козий желудок, набитый жиром и кровью, но Евпл даже и не желал слышать о подобном.

От мидий и морских гребешков он тоже отказался. Так что в сегодняшнем меню остался лишь жареный тунец, на что парень согласно кивнул.

После ужина Ксанта, так звали спасённую молодую женщину, рассказала свою историю, которая была довольно незатейлива. Все юноши и девушки её рыбачьей деревни женились и выходили замуж только за своих.

Неудивительно, что один из них посчитал, что она должна стать его женой. Ксанта долгое время отказывалась и наступило время, когда парень решил взять инициативу в свои руки. Вот сегодня это и произошло.

Евпл не удивился услышанному. Нечто подобное могло произойти где угодно, даже в его родной деревне. Хотя в Велгороде о подобном ему никто не рассказывал. Видимо, в полисах на насильное замужество смотрели строже. Поговорив ещё какое-то время, Евпл отправился в свою комнату, где вскоре и уснул.

Сидя за завтраком он опять увидел Ксанту и позвал её за свой стол, на котором было козье молоко, сыр и какой-то местный хлеб. Парень стал расспрашивать о кораблях, уходящих в Византий, но женщина ничего не слышала о таковых. Бо́льшую часть её жизни прошла в рыбачьей деревне, а в порту или в Афинах она была не чаще раза в седмицу. Евпл расплатился за завтрак, попрощался с Ксантой и вышел на улицу.