Крест бессмертных

Чан-чунь слишком хорошо умел читать в сердцах человеческих и понимал, что Чингисхан не причинит ему зла.

Хотел поскорее отвязаться от внимания Великого Кагана и вернуться домой?

Тоже вряд ли. Желание встречи было обоюдным. Да, Чингисхану нужен был этот монах, но и монаху нужен был Чингисхан. Иначе Чан-чунь не отправился бы в свои семьдесят два в путешествие, которое продлилось четыре года. Через Китай в Монголию, а затем сквозь непроходимые леса Сибири, горы Алтая и Тянь-Шаня, - до Самарканда и далее, через афганскую землю к границам Индии, где Темучин окончательно разгромил войска неистового Джедал-ад-Дина – сына шаха Хорезма.

Четыре года – не шутки. Монах мог сказаться больным, сослаться на старость и дряхлость и никуда не поехать. Но ему было важно распространить влияние даосизма на владыку мира. Чингисхан читал это в его сердце точно так же, как монах читал желание бессмертия в сердце Великого Кагана. Собственно, даос этого и не скрывал.

Так почему он рассказал ему о камне?

- Говорят, камень Чинтамани попал в наш мир со звёзд и принадлежал самому Брахме.

Но это легенды. В точности же известно следующее – выглядит он как чёрный кристалл, пронизанный сетью золотых прожилок. Прожилки – границы, по которым более мелкие кристаллы соединяются в один крупный. И большой кристалл, и мелкий – всё это камни Чинтамани. Даже один мелкий камень способен дать своему владельцу невероятные силы и поистине волшебные способности.

Например, умение смотреть в прошлое и будущее, врачевать любые раны и болезни, менять свою внешность, становиться невидимым, жить так долго, что это уже можно сравнить с бессмертием.

Монах умолк, задумавшись. Чингисхан ждал. Он умел ждать. Точно так же, как и молниеносно действовать, когда это было необходимо.

- Важно понять главное, - продолжил даос. – Владение камнем Чинтамани, хоть большим, хоть малым - ещё не гарантия дара бессмертия, пророчества или любого другого. Вплоть до полной власти над миром, которую может дать большой камень. Владение – это возможность.

Камень живой, он сам узнает и почувствует, что нужно человеку, а затем или даст ему это или нет.

- Сейчас угадаю, - усмехнулся Чингисхан. – Камень дает желаемое только чистым душой и сердцем, так? Хе-хе, знакомая песня.

- И да, и нет, - ответил Чан-чунь. – Кто способен оценить чистоту помыслов и души другого человека? Камень может помочь и тому, чьи желания и намерения покажутся кому-то недостаточно благородными, вредными и даже злыми, чёрными.