Гроза над морем

Она поначалу и не скрывала этого, запираясь у себя в покоях и рыдая неизвестно по ком ночи напролет, а позже свыклась, позволила графу чаще быть рядом и, как казалось ему, сама к нему привязалась. Этого нельзя было исключать, ведь со дня их свадьбы минуло почти девять витков, за это время привычки и мечты молодой графини не могли не измениться. К тому же сейчас ее здоровье пошатнулось, она носила под сердцем ребенка, поэтому стала такой несдержанной, порывистой, чувствительной.

В церемониальной зале уже ждали графа Итана лорд-канцлер Сэм Вельстерн, квартирмейстер прибывшего гвардейского корабля Роберт Сандерс и виконт Льюис Уиллинстон, отвечавший перед Советом за торговые дела.

Мельком оглядев залу, Итан не без удовольствия отметил, что расторопные слуги все сделали вовремя и так, как он просил. Под круглым столом был постелен пушистый восточный ковер, у стены уютно потрескивал огонь в камине, стол был легко сервирован на четверых, у каждого прибора стоял бокал красного вина. Кивнув своим посетителям, граф неспешно прошел на свое место.

– Как бы мне ни хотелось начинать с хороших вестей и не огорчать вас, мейр Итан, у меня все-таки плохие новости, – поднялся квартирмейстер Роберт, получив позволение говорить. – Мы получили сведения с военной шхуны "Андромеда", которая дежурила у выхода из бухты. Захвачено пиратское судно, очевидно, после недавнего сражения. Экипаж сопротивлялся недолго, после получения пары пробоин по ватерлинии судно пошло ко дну. Особых подробностей у нас нет, известно только, что часть пиратов во главе с их капитаном Мэйном Остином арестована, на борту "Тихого" были пленники, их судьба пока неизвестна.

Деньги и товары все утеряны, – последнюю фразу он проговорил очень быстро и, словно смущаясь сказанного, вытащил из нагрудного кармана платок и вытер покрасневшую шею.

– А люди?

– Капитан Уильям сказал, что погибли немногие. Пираты потеряли больше, и, что куда важнее, Остин теперь в руках закона.

– Больше они вам ничего не передавали? Может быть, какое-то письмо? – граф, скрывая волнение, крепко сжал изящную ножку хрустального бокала.

– Письмо... – Сандерс нахмурился и поскреб в затылке, взъерошив аккуратно подстриженные рыжие волосы. – Было, кажется. Оно осталось у нашего капитана.

– Либо не осталось, либо это, – граф вынул из кармана сюртука серую бумагу с остатками печати, – переписанная копия. Мне важно знать, жив ли капитан Миллс. О нем едва ли написано два слова.