Чумной театр

Один должен быть где-то в середине лагеря, другой около реки, тогда ядовитый дым может охватить больший участок.

Костров в середине лагеря было несколько, но подходя к ним, инфект натыкался на подозрительные взгляды сидящих у костра и настороженное молчание. У одного костра на него направили арбалет, и Тень решил больше не рисковать. Нашёл потушенное кострище, развёл огонь из обычных палок и хвороста, а когда тот хорошо разгорелся, выложил в костёр шалашиком ядовитую древесину. Огонь лизнул смоляные дрова и загорел ещё ярче.

Инфект, прихватив остатки вяза́нки и чужой котелок быстрым шагом двинулся к реке.

На берегу, на том же месте, что и вчера горел костёр. Тень не стал к нему подходить, а начал складывать камни для нового кострища. Его окликнули:

— Ты чего там делаешь?

— Костёр хочу развести.

— А чем тебе наша компания не устраивает?

Тень поднялся и подозрительно спросил:

— А в лицо арбалетом тыкать не будете?

Наступила пауза, но потом раздался неуверенный голос:

— Пока не собирались.

Тогда Тень подхватив вяза́нку с котелком медленно подошёл к костру.

На его удивление у огня сидели вчерашние знакомцы, усач и седой, остальную тройку человек он видел впервые.

— Что варить собрался? — спросил усач, кивая на котелок.

— Воду.

— Воду? — переспросил усатый. — А зачем?

— Варёная вода спасает от болезней, — присаживаясь к костру, ответил Тень.

Усатый рассмеялся:

— Это же просто вода, не снадобье. Где ты таких бабкиных баек наслушался?

Тень подпустил смущения в голосе:

— Так от от бабки и услышал.

Она всегда повторяла, как увидишь, что люди от поветрия мрут, пей только варёную воду и выживешь.

— И как помогло? — спросил незнакомец с противоположной стороны костра.

— Не проверял, — буркнул в ответ Тень, — думаю, сейчас пришло время.

— Ну, хуже не будет, — похлопал его по плечу усатый. — Скажи-ка, а кто на тебя арбалет направлял?

— Здоровенный мужик, волосатый словно чёрный медведь, я просто к костру подсесть хотел, а он арбалет мне под нос.

— Здоровенный и волосатый говоришь? — он потёр в задумчивости подбородок.

— А у мужика нос был набок сломан?

— Да, — кивнул Тень — и ухо разорвано.

— Один был?

— Я один был, — ответил Тень, добавляя в образ придурковатости.

— Да не ты, — махнул на него усач, — мужик с арбалетом один был?

— А, — протянул Тень, — нет, не один, человек десять было, — и чуть тише добавил, — все вроде как в доспехах.

— Что думаешь, дядь? — спросил у него вихрастый парнишка, недавно покинувший отроческий возраст.